Physical Address

304 North Cardinal St.
Dorchester Center, MA 02124

Записки из Англии. Часть 2

<<< Предыдущие части

Часть 20

Поляк ушёл, а я рванул к туалету проверить физиономию. Может он таки заметил шоколадные «усы» на лице но ничего не сказал. Не может быть чтоб их не было видно, просто не может.

В туалете пахло испражнениями, причём так сильно, что мне пришлось выйти обратно. Видно кто-то погадил буквально минуту назад. Набрав побольше воздуха в лёгкие  я задержал дыхание и вернулся в газовую камеру. Из зеркала на меня смотрело усталое лицо с синяками под глазами, слегка испачканое шоколадным кремом, но не критично. В полутёмном помещении (а на той локации как раз не горели лампы) можно было запросто не заметить. Мне стало противно от того что из за несчастной пачки крема мне пришлось стрессовать и бегать по туалетам, нюхая вонь из чьей-то задницы. Стоило ли это того?!! Да, меня не поймали, но разве этот смрад, этот стресс, унизительный и мерзкий,- окупили те мгновения что наслаждался шоколадом?

В душе было стойкое чувство что это мне наказание за кражу. Но разве это кража? Они же всё равно были бы в мусорнике, эти пачки! У кого я украл? Да, я нарушил их правила, но я не крал. Они могут расценивать это как им нравится, но я не считал это кражей. Однако тем не менее чувствовал себя низким, жалким и нанюхавшимся дерьма и это раздражало.

Глянув на часы увидел что через 15 минут смена заканчивается,следовательно надо было быстро обрывать ордер, и оставлять рохлю с незаконченным заказом. Меняющая нас ночная смена закончит наши ордера. Чтоб поставить ордер на «stand by» надо нажать комбинацию из пары цифр на экране сканера и специальный аппарат распечатает тебе талончик, который ты клеишь на палету. И тот кто будет заканчивать ордер должен будет лишь просканировать его чтоб информация о недособранном товаре появилась на его сканере.

Беда в том что за 10 минут до официального конца смены все пикеры начинают выбивать на сканерах код для печати талончика и, как правило, печатный аппарат (большой ящик висящий на торце одного из стеллажей) начинает жевать бумагу, пытаясь распечатать кучу талонов сразу, и блокируется. Люди усталые, заёбанные, и уже видят себя дома с банкой пива в руке. Но вместо того чтоб сдавать ганы и ключи от рохлей они вынуждены стоять толпой и ждать пока вайзера вытащат застрявшую бумагу и аппарат зафурычит снова. Аппарат в очередной раз починен и мы стоим в очереди.

Глядя на нас, таких каких-то жалких в своих жёлтых отражательных жилетках, я почувствовал тоску. Вспомнился фильм «Нокдаун» с Расселом Кроувом в главной роли. Там была сценка где забитые жизнью, измотанные, голодные, приниженные чувством своей несостоятельности рабочие стоят в очереди перед воротами фабрики (дело происходило во времена великой депрессии) надеясь что им дадут работу. Из ворот выходит начальник и отсчитав какое-то количество человек, радостно кинувшихся внутрь, говорит остальным: Всё, расходитесь! Для вас сегодня работы нет! Расходитесь, не стойте здесь!

Так и мы, стоим потерянные в этой жизни, жалкие…..

— Интересно, все ли ощущают то дно Английской жизни на котором мы находимся?-думал я.- Они же не могут, не могут не замечать это, равно как и то презрение которое испытывают к нам англики-вайзера. Его не надо высказывать, оно витает в воздухе, сквозит в коротких фразах. Нет, никто не грубит, они говорят культурно, но…. это чувствуется….. Чувствуют ли они это?

Разговорчивые и молчуны, добрые и злые, бухарики и трезвенники,- в большинстве своём вдруг становятся меньше ростом, ужимаются в размерах, опускают глаза лишь услышав в голосе супервайзера или менеджера недовольство.

Стоя в очереди к окошку, я подумал что обязательно напишу это в журнале. Представлял как вы почувствуете холод ангара на разгорячённых от работы щеках, и увидите моими глазами длинную змею из усталых людей, с одетыми поверх курток и свитеров жёлтыми светоотражательными жилетками. Эта очередь длинной метров сорок, тянется к помещению где находится заветное окошко в котором оставляют ганы и ключи, а затем расписываются на листе бумаги, поставив подпись напротив своего имени. И вид это печальный ребята. По крайней мере так я тогда это воспринимал.

Однако в этот раз, непонятно по чьему велению и хотению, листок нам дали подписывать в какой-то комнатке, находившейся на отшибе, рядом с лестничным пролётом, тёмной и без света. То есть там было реально темно, и единственным источником освещения была открытая в коридор дверь. Вот почему очередь так медленно ползла! Подписываться нужно в темноте. Это казалось вдвойне абсурдным, учитывая что рядом была такая же открытая комната, только с работающим светом внутри. И никто не рискнул перенести листочки туда. Блядь, рабы трусливые! Подсвечивая себе телефонами и другими девайсами способными излучать свет, работяги корячились у подоконника, ища свои имена.

-Ребята, вы шутите что-ли?- сказал я, беря в руки листок, когда подошла моя очередь.- Тут же не хрена не видно!!

Ситуация усугублялась тем что не взял с собой телефон и подсветить было нечем. Не долго думая я взял листок и выйдя из темноты, зашёл в светлую комнату. Спокойно положил листок на подоконник, нашёл своё имя, поставил одну из двух требуемых подписей,… когда чья-то рука вдруг грубо выдернула листок из под ладоней. Оглянувшись, я столкнулся глазами с кабанистым, крупным парнем лет двадцати пяти-шести. В рыхлом, пухловатом  ухе (приделанном к такой же пухлой роже) торчала серьга.

-Ты что делаешь?

-А ничего, думаешь умный самый?- сказал он уходя с моей бумагой. Пару крохотных мгновений я находился в ауте, не понимая что вообще произошло. Затем рванул за ним, нагнав в коридоре в котором толпилась половина стоящего в очереди народа.

-Ты что делаешь? Отдай бумагу!

-Да не хуя я тебе не отдам! Умный самый?

-Блядь… Я не подписался ещё… ты что?

-Меня не ебёт, становись заново в очередь!

Я до сих пор не понимаю чем вызвал тогда такую агрессию в свой адрес, чем так выбесил пухлого ублюдка. Но факт остаётся фактом,- говорил он со мной дико злобно.

-Отдай бумагу!!- и я вцепился в листок у него в руке.

-Не отдам, блядь! Становись заново в очередь! Всё, сьеби отсюда!- и он потянул её обратно, отчего она порвалась наполовину, что уже действительно было косяком, ведь это официальный документ на котором уже стояло хрен знает сколько подписей, владельцы которых уже ушли домой.

-Тебя что, ёбнуть, урод?

-Давай! Давай!!! Попробуй! -агрессивно заорал он в ответ принимая некое подобие стойки. Толпа народу с охуевшими, зашугаными лицами наблюдала за происходящим. Никто не хотел встрявать, видя как накалилась ситуация и стараясь не коим образом не попасть под «расстрельную» статью, которой всё закончится, когда начальство узнает о таком конфликте. Даже говорить с друг другом на повышенных тонах при вайзерах было нельзя, так как это считалось проявлением агрессии, за которое можно было запросто вылететь с работы. А здесь такое!

Я смотрел на мерзкую, жирную рожу, на упитанную челюсть со вторым подбородком, не в силах поверить что со мной так себя ведёт какая-то пухлая свинота. Блядь, сука, знаешь ли ты что я могу с тобой сделать?? Один удар, ОДИН СУКА УДАР и ты рухнешь раскинув руки как куль с соломой, твоя башка глухо стукнется затылком о бетонный пол и твой мерзкий, жирный рот с треснувшей челюстью закроется чтоб отплёвывать кровь и глухо стонать когда минут десять спустя придёшь в себя. Если прийдёшь…

Задыхаясь от ярости, (и признаюсь, растеряности, так как понимал что драться нельзя ни при каких обстоятельствах) я прорычал:

-Сука жирная, я тебя пидар сейчас выебу, и выебу так, что тебя сука, мать родная не узнает. А ну пошли на выход!

Предложение выйти на улицу сбило боевой настрой свина, окатив вдруг как ушатом с ледяной водой. Он просёк что дело-то получилось не шуточным, и  дошло до того что сейчас ему, вопреки всем законам фабрики «Кулина» и вообще цивилизованного английского мира, предлагают выйти на улицу где… блядь….. ебать…. ему ДЕЙСТВИТЕЛЬНО придётся драться, ПО НАСТОЯЩЕМУ драться. И человеку который тянет его на улицу, плевать на увольнение (этого не может быть, такого не бывает!!) и (о Боже, нет!!) плевать на то что потом приедет полиция и заберёт его в тюрьму. А в тюрьму заберут, потому что он наверняка изобьёт бедного хрюшку, изобьёт до крови, а может даже так что вылетят зубы, а самое главное: Это будет больно, очень, очень бооольноооо 🙁

Всё это я прочитал в его глазах. Лицо свинобыка дрогнуло, и он пролепетал что-то нечленораздельное, понимая что облажался и сейчас позорится на глазах всей толпы.

-Что усрался, мразь?- продолжил я, чувствуя что он «дал трещину».- Свинота жирная, я тебе печень вырву и тебе же её скормлю.- С этими словами вырвал из руки порванный лист, и кинув напоследок в растерянное лицо: Пидар блядь, жирный. Ещё увидимся!- вернулся в комнатку, где поставил недостающую подпись и оставив бумагу на подоконнике, вышел. Толпа молчала, никто не говорил, не смеялся и в этой тишине я покинул оффисные помещения, выйдя обратно в холод ангара.

Не успел сделать и двадцати шагов в как меня нагнал свинобык.

-Слушай, это…. Ну, давай не будем ссориться, а? Мы же вместе работаем.

-Я с тобой и не ссорился, ты же сам начал!- ответил, понимая что гоблин испугался того, что могу потом подкараулить его на стоянке сегодня или в другой день.

-Ты меня пидаром обозвал!

-Я тебя обозвал в ответ на твоё поведение.

-Ну…. хм…. ну ладно, вот моя рука. Мир?- и он протянул ладонь. Есть у меня такая черта: Когда люди извиняются, я не могу на них злится и готов простить что угодно.

-Мир,- и пожал ему руку.

Если бы он не стормозил и вышел со мной из ангара, стал бы я драться? Этот вопрос наверное интересует вас, ребята. Ответ: Negative. Конечно же нет. Да, я был в гневе, но не настолько чтоб похерить себе всё. Это был блеф и он сработал. 🙂

Часть 21

Прошло какое-то время. Дни стали короче, ночи длиннее. Мы с Васей ходили в литовский магазин, болтатли за жизнь, пили чай, кушали бананы в его каморке и конечно же работали.

Вася каждое утро медитировал и делал пробежки а я гулял по городку, нюхал запах осени, сидел вечерами  у разваленного аббатства или учил язык по Бонку. Постепенно привыкнув друг к другу и пообтёршись, мы практически не ссорились. Я жил как будто в двух реальностях. В одной я стремился вернутся назад к Кате, а в другой мысленно прокладывал путь через Лондон и гражданство, путь который займёт много лет, но зато будет легален, путь не подразумевающий больше нас с ней вместе. Знал ли я что она не одна? Конечно. Сердце давно почувствовало. Она не писала об этом. Она вообще не писала. Последнее письмо пришло Бог весть как давно. Оно было чётким и выверенным. У нас всё кончено.  Она желает мне добра и счастья. Но….. не с ней. Прощай. Как говорится see you later, alligater.

Но в комнатке Васи всё менялось: Ты должен вернуться! Должен доказать ей! Любовь стоит этого!- говорил он убеждённо. И за это я любил его. Он был такой же наивный дурак как и я, но ничто не поддерживало дух как эти его слова. Внутри себя я понимал что всё это бред. С Катей всё кончено и кончено давно. Понимал но продолжал врать себе, думая как отложу денег и таки рвану обратно. Это самообман и я понимал это. Понимал и тем не менее продолжал себя обманывать.

В один прекрасный день пацаны переехавшие в новый дом, съехали и оттуда , таким образом освободив комнаты. Мы с Васей сразу решили туда перебраться. Получилось интересно. Рядом с нашим старым домом располагался другой дом принадлежавший тому же мерзкому индусу. Арендатором там была полная,блондинистая литовка, лет сорока-сорока пяти, она выплачивала индусу оговорённую сумму, и вселяла к себе жильцов, беря с них накрутку  за чистоту и порядок, царящие там. То есть если индусу она платила 50 фунтов за комнату, то с жильцов брала 65. Следующий дом принадлежал англикам, которые не жили в нём, а все комнаты сдавали. Вот туда пацаны поначалу и переехали от нас.

Там было чище, краны работали, стены были без надписей и ковролин не вонял дерьмом. Кухня была цивильной (на фоне нашей хаты), оббитой деревом. Xотя в общем и целом дом тоже был развалюхой, скрипящей и унылой.

Пожив там какое-то время, пацаны переехали к литовке  в соседний с нами дом поскольку у неё всё вообще было замечательно: Ещё чище, ещё уютней. (Дома располагались рядом, вплотную друг к другу.)

Узнав об этом, мы с сенсеем сразу перепрыгнули на оставленное ими место. Дом был клоном нашего и я вселился в такую-же комнатку наверху, а Вася занял близнеца своей комнаты. Скоро мы поняли что не сильно выгадали с переездом и так же поняли ту прыть с которой пацаны перескочили к литовке.

Дело в том что в этом доме не было отопления. Вообще. В комнатах стояли калориферы, а в коридорах и кухне был дубак, который стал ПИЗДЕЦ КАКИМ дубаком, пару недель спустя. Самое интересное что одновременно с пацанами съехали другие жильцы, так что мы с Васей остались снова вдвоём.

Чем больше я привыкал к работе, чем расслабленней выполнял её, тем длиннее казались смены. Если раньше они пролетали незаметно в стрессе, беготне, подсчётах и пересчётах, то теперь, когда я уже знал все локации, где что лежит и сколько коробок или бутылок в том или этом ряду, когда стал определять количество товара с одного взгляда,- время сново начало тянуться замедляясь.

В один вечер я настучал по пузу Вовке бороде. Это подробно описанно в одном из прошлый постов, где говорил о самых ярких воспоминаниях ушедшего года, поэтому повторяться не буду. Так получилось что один из литовцев видел это, и на следующий день,  самый здоровый из них сказал мне с утра перед работой: Слышал я Валера ты людей избиваешь,- и с этих пор между нами царили добрые отношения, и вся их группка, состоящая из спортсменов-качков, которые и считались самыми крутыми ребятами Кулины, прониклась ко мне симпатией.

Спустя ещё неделю один молодой поляк сказал что-то грубое Василию и тот, не долго думая, демонстративно махнул ногой у него перед носом (кинул мавашку). Поляк хрюкнул что-то возмущённое и спешно удалился. Весть об этом разнеслась по складу, не дойдя к счастью до вайзеров. А может они и узнали, но решили Васю не трогать, так как отношение к нам уже было весьма уважительным.

Как-то мы стояли с Гунчей в очереди на локацию, и он спросил почему я до сих пор не записался на курсы охраны. Я ответил что вот вот пойду, но смысла спешить нет, так как по любому пока не подкоплю денег, нечего сoваться в Лондон.

-Ну….. ты в принципе уже давно мог сдать на сертификат, по крайней мере. А потом спокойно бы копил деньги. Ты же хотел побыстрее…. Так торопился… И завис….

Справедливость этих слов выбесила, так как действительно я уже мог записаться на курсы, но в сутолоке рабочих смен как то пролунил момент не паря себя, откладывая на «вот на днях сделаю». И так прошла уже неделя, другая, третья…. И вот уже Гунча меня упрекает… Сам он, несмотря на юный возраст, из тех людей, кто умел ставить задачи и добиваться их.

После того как мы закончили обсуждать мои курсы, Гунча сказал что принял решение возвращаться в Латвию. Я возразил, что как же так, он же хотел перетянуть сюда свою подружку. На это он ответил что передумал,- Англия его грузила и он не хотел превратиться в очередного неудачника работающего на подсобных работах, бухающего по выходным и тоскующего по родине. Скучно здесь и тоскливо. Это «не его» страна и даже имея деньги они здесь не будут счастливы без друзей, семьи в окружении лузеров соотечественников и чуждых англичан.

Услышав это я испытал двойственные чувства. С одной стороны мне было жаль, что хороший парень с которым у меня отличные отношения и которого искренне уважал, решил всё бросить и вернуться. Хотя что всё? Вонючую работу на складе? Жизнь в маленьком, сонном городишке? Он видел другие земли, и та же Швейцария, куда он решил отправиться, была ему ближе.

С другой стороны я видел в этом некую горьковатую романтику, не в том что многие уезжают, а в том что Я остаюсь и двигаю дальше. Ведь Гунча был не первым, кто решил свалить.

Тот же Юрка Бут, заёбанный скандалами по пустякам с Олькой и тупорылым графиком, хотел свалить через месяца два-три. Но он и сначала так намеревался. Чутка заработать деньжат, вернуться в Латвию, потратить их там за лето, и сново в Англию. План Юрки раздражал меня своим тупоумием и бессмысленностью, впрочем как и сам Юрка и его недалёкая баба с обезьянкой между ног. Странно, я не плохо к нему относился, ценя его простоту и открытость, но при этом презирая в душе за ограниченность и примитивность граничащую с конкретной тупостью. Каким же долбоёбом надо быть чтоб ебашить на грёбанном складе, и потом въебать все деньги в никуда и затем сново вернуться на полях капусту собирать или на складах хуячить! И так по кругу!

Я не понимал почему он так бесит меня этим, не понимаю и сейчас. Наверное виной всему моя категоричность от которой так тяжело избавиться.

На следующий день после разговора с Гунчей я зарылся носом в google, ища курсы охраны и негодуя на себя за то что не сделал этого раньше. Оказалось всё не просто. Курсы проводятся лишь в определённых городах и по определённым датам. Длятся они четыре дня, затем следует экзамен, результат которого ты узнаёшь лишь через месяц. Если не сдал, то тебе назначают пересдачу, которая может так-же затянуться на неопределённый срок. Fuck!!

 Ближайшим городом где курсы должны были проходить, был Норвидж, находящийся в часе езды на электричке. Дата начала курсов через месяц. Блин, как долго. Позвонил, договорился, оставил депозит, благодаря мысленно Гунчу за взбучку (Маленький, двадцатилетний гавноед учит меня жизни!- думал я, улыбаясь).

И дни сново потянулись один за другим. В один из выходных я поехал в тот же Норвидж, чтоб оформить страховку, без которой работать долгое время было нельзя. Это социальное страхование, аналог  американской social security card, по которой ты платишь налоги.

Норвидж понравился. Большой, людный но при этом с улочками-переулочками где жили уютные кафеюшки и магазинчики сладостей.  Много людей, красивая архитектура, гуляющие в обнимку парочки при виде которых я чувствовал сильную тоску, так как ощущение одиночества резко усиливалось. Мысли о Катьке возвращались, и каждая из них прочерчивала в душе болезненный след, как острый кошачий коготь. Я выкидывал эти мысли одну за другой, но они оставляли раны в сердце как рыболовные крючки, вырываемые из плоти. Вот тут можно было бы посидеть за чашкой кофе, здесь полюбоваться изгибом здания, тут просто постоять обозревая гуляющих людей. Вдвоём…..  Одному не интересно, увы.

Вечером, когда город зажёг огни и прохлада поздней осени накрыла его, я заглянул в магазин открыток. Не специально, а просто убивая время (ехать в мрачный Тетфорд так не хотелось), гуляя по широким улицам и милым маленьким улочкам. И это было ошибкой, так как открытки в магазине были один в один  как в американском «Wallmart» или » Barnes and Nobles «. Вместо того чтоб уйти оттуда, я тупо ходил от стенда к стенду, читая надписи на английском: Дорогому дедушке, любимой жене, лучшей бабушке и т.д.

Одна открытка привлекла внимание. На ней был изображён заснеженный лес. Одна из крупных сосен на переднем плане была домиком,- в стволе была дверь. Открытая дверь. На пороге стояла кошка в смешном чепчике и растерянно держала в лапках коробку с красивым подарочным бантом. Несколько поотдаль, на заднем плане, робко выглядывая из за ствола дерева, прятался рыжий кот в зелёной шапочке и обвитым вокруг шеи красно-чёрным клетчатом шарфом. И надпись: Я всё время рядом с тобой.

И эта картинка тронула меня, руки сами полезли в карман за кошельком. Я решил что отправлю её Кате, напишу ей что нибудь такое…. такое что она увидит меня в этом магазине, среди кучки англичан и пожилой пары индусов, я напишу ей про этот день, про эти улицы и людей, расскажу про площадь где гуляли обнявшиеся парочки, и про спустившуюся на город вечернюю тьму. Напишу об оазисе света, оказавшемся магазином открыток и о том как увидел ту самую,- трогательную, милую картинку, которую она держит в руке.

Открытка кочевала со мной с места на место, я пару раз писал на ней послание Кате, и пару раз заклеивал его чистой бумагой, так как обстоятельства менялись и хотелось написать чуток по другому.  Прошлой весной открытка завершила свой путь на дне мусорного ведра. Я так и не отправил её.

И опять потянулись дни и ночи. В один вечер мы услышали гул сирены и спустя минуту к дому подкатили полицейские машины. Офицеры зашли в соседний дом к литовке, и в то же время с нашего заднего двора, ограждённого каменным забором, раздался стук в стеклянную дверь. Я открыл её и в дом ввалился сожитель литовки Серёга,- мужик лет пятидесяти с хвостиком, невысокий, быстрый, жилистый, в молодости служивший в десантуре. Менты пришли за ним.

Он рассказал что литовка ужралась и хотела ещё, а после пьянок ей становится плохо. Он не дал бутылку. Она вызвала ментов, сказав что он избил её.

Мы с Васей спрятали Серёгу наверху, сказав ему сидеть как мышь и как раз в этот момент в дом постучали. Открыв дверь я увидел двух полицейских и литовку. Они спросили не зовут ли меня Сергеем? Получив отрицательный ответ, спросили не заходил ли к нам только что человек по имени Сергей?

-Не вздумай врать, а то проблемы будут! Вместе с ним поедешь,- выкрикнула из-за их спин пропитая шваль, которую с тех пор я начал глубоко презирать (знаю не по христиански) и относиться как к полуживотному.
-Никто не заходил!- сказал я, в душе проклиная Серёгу за подставу, и для пущей убедительности спросил не хотят ли они зайти и проверить. Нет, они не хотели, пожелали спокойной ночи и удалились.

Спустя несколько минуту Сергей спустился вниз и собирался уже выйти наружу, когда я схватил его за руку.
-Ты что, Серёга?!! Они же ещё не уехали!!
-По хуй!
-Ты что!! Это же нам подстава!! Они же увидят что ты от меня вышел!!- мне захотелось просто расплющить тупого, бухого дегенерата!
-Я им всё объясню!
-Что ты объяснишь???? Мы сказали что тебя здесь нет!
-Сергей, успокойся, тебе нельзя выходить!!- впрягся Вася. Кое как мы оттеснили его от входной двери.
Когда полиция уехала и он ушёл, мы с Васей испытали конкретное облегчение.

Через несколько дней, возвращаясь из города, (правильнее сказать из центра на нашу окраину) я встретил Марка,- одного из пацанов переехавших из нашего нового дома к литовке. Марк сказал что та протрезвела и очень пожалела о случившемся, так как сама была не права. Но что-то делать поздно. Заявление уже не забрать и вызов не отменить. Сергею запрещается подходить к ней на какое-то там расстояние и если их увидят рядом, он пойдёт в тюрьму на полтора года. Даже в том случае если она была не против этого. Я не до конца поверил этой истории, пока не увидел самого Серёгу. Он подтвердил сказанные Марком слова.

-Она когда нажирается сама не понимает что делает,- грустно сказал он. Ещё одна заява с её стороны и я поеду на «кичу». Я же ей просто пить не даю, она сама потом благодарна когда трезвеет.
-Не трогай её больше, ты разве не понимаешь последствий? Пусть себе бухает, если нравится!
-Да её трогай не трогай, она как нажрётся, начинает вести себя не пойми как и слово скажешь против, может ментам позвонить, так как ничего не соображает. Это уже не первый раз она в ментовку звонит без причины и выдумывает хрен пойми что.
-Так чего ты ждёшь?? Беги от неё!! Серый, ты что не понимаешь?? Ты же на пороховой бочке сидишь!!

Конечно же он меня не послушал.

Часть 22

К нам подселили ещё двух человек и теперь нас стало четверо. Один из них,- тощий, бородатый дико напоминал Юру ,-мужа одной из маминых приятельниц,- тёти Алёны.

B начале девяностых Алёна зашибала неплохие деньги, будучи экстрасенсом. Не помню точно, то ли она лечила, то ли будущее предсказывала, то ли и то и другое, но люди велись и отстёгивали бабло за милую душу. Затем она встретила Юру, сильно зависевшего от зелёного змия, избавила его от этой привычки, и о чудо (!!!!) у него тоже оказался экстрасенсорный талант и вот уже он тоже вовсю лечит людей загребая бабло. Семья экстрасенсов. 🙂

Алёна  носила стрижку каре, много курила, и казалась своей в доску бабой. Муж же напоминал злую пародию на Христа: Длинные седоватые волосы, чёрно-седая борода, суховатое лицо, запах несвежей одежды и не хилое самомнение.

Новый жилец сильно его напоминал как внешне так и стойким непонятным духаном сухого немытого тела, пыли и старой ветоши. Заходя на кухню я по запаху мог определить что «Иисус» не так давно здесь находился. Скажите бог бомба! Скажите aминь!


Второй жилец был толстоватым дедом, старше Васи на семь или восемь лет, но выглядевшим так, будто годился ему в отцы. Был он кряжист, жаден, упрям и недоверчив. Деда англику вселил один из работников Кулины,- молодой пацан стоящий на контракте. Точнее он действовал вместе с папашей,- таким же хитровыебанным упырём как сам. У деда и отца этого молокососа-контрактника были общие знакомые в Риге, которые свели их. Отец пообещал классную работу, расписав нехилые заработки, и жильё. Естественно за не хилые комиссионные.

Дед, решив что человеку можно верить, ведь есть общие знакомые (тут бы я изобразил звук сигнала тревоги и красную мигающую лампочку, если бы рисовал комикс а не писал в журнал) заплатил бабла за трудоустройство,плюс помощь с комнатой и вылетел в Англию. Встретил его молокосос-контрактник и привёз сюда, в нашу берлогу, не забыв срубить плюсом 120 фунтов за доставку. Это при том что они с батей уже наварились со старикана, вселив его в сраную никому не нужную лачугу (англик запарился искать жильцов) и устроив на работу где в этот период постоянно требовались люди (все ломились на Рождество домой и многие не возвращались).
120 фунтов за дорогу, когда даже такси обошлось бы старику в 50 максимум!!!

Узнав об этом мы с Васей возмутились и стали жалеть дедана, попутно переполняясь презрением к непорядочным хуеплётам, так его поимевшим. Но, продолжалось это не долго. Дед оказался редким скупердяем и упрямцем. Английский у него был…… хм….. я хотел сказать на нуле но это слово не совсем подходит. На нуле он был у Васи, точнее уже выше нуля (часы и часы тупой бубнёжки под нос сделали своё дело и Вася уже мог что-то криво, очень криво бэкнуть). У Виктора же (деда звали Виктор) языка не то что не было, он не знал вообще не одного слова. Не одного!!! И это не смотря на то, что работал до этого пол года на фасовке моркови. С такими знаниями языка он был на Кулине обречён. Но я старался помочь ему когда попадал на сверхурочных в его смену. Вся беда в том что попал старикан в группу Пола, того самого Пола, при мысли о котором у нас с Васей ещё недавно начинало сосать под ложечкой.

Но теперь мы себя чувствовали чуть ли не ветеранами, благодаря тому что полностью въехали в работу и считались среди работяг одними из тех, кому лучше не хамить.

Дед двигался медленно, соображал туго и плюс к этому всё делал по своему, не желая слушать советов. Первое время никто не смотрит на твой рейтинг, но потом, спустя пару недель всё меняется и я понимал что он будет в жопе так как всё сложилось в одно: Он медленный, тупой и не понимает по английски.

Я показывал старому барсуку как обматывать загруженную товаром палету, рассказывал как укладывать товар, но oн как будто не желал слушать и делал всё по своему. Я терпел а Вася бесился, доставляя мне немалое удовольствие, ибо я вспоминал как пытался в своё время подсказывать ему.

-Да всё нормально будет,- отмахивался Виктор, когда вечером заводили с ним эту тему. (Он чувствовал себя обиженным упырями которые взяли с него столько денег за трудоустройство и жильё, чувствовал обманутым работой которая не оправдала его ожиданий, и вёл себя с нами так, будто это мы с Васей подложили ему свинью, а не контрактник с папочкой.)
-Не будет, Виктор! Ты слишком медленно всё делаешь, и ты в смене Пола! Тебя выкинут! -увещевал я его.
-Ай, да никто никого здесь не выкидывает. Вот вы сколько работаете?
-Три месяца.
-А мне люди которые год проработали говорят что никого не увольняют здесь, а лишь пугают.
-Тебе люди и про зарплаты говорили поднебесные,- парировал я — а что в итоге?? Ладно смотри сам, но я вижу как на тебя Пол смотрит и слышал как он бесился от того что ты туго всасываешь.
-Да всё нормально будет,- упрямо говорил пожилой барсук.
-Ты Валеру послушай! Он дело говорит! Что ты такой упёртый! Человек же о тебе беспокоится! Ну ты даёшь, дед! — закипал в такие моменты Вася и в ярости вылетал из комнаты.

-Как он меня бесит! Вот же упрямый, нах! Барсук старый! — говорил он мне когда трещали за жизнь потом в его комнате- так и хочется в пузо маю засадить! (мая,- удар ногой в карате).
-Да, хм, а себя в нём не видишь? 🙂
-Да ладно, не ври Валерка! Я может и упрямый, но не до такой же степени! Да и к тому же он вонючий! В комнату не войти! — смеялся сенсей.

В этом Вася был прав. Скоро комната Виктора так провонялась несвежей одеждой и ещё хрен знает чем что войти туда было невозможно. Я не шучу, серьёзно.

День начала курсов приближался, и это меня несказанно радовало. В последнее время нам давали очень много смен, мы работали как проклятые и дико уставали. Как-то Дэнчик сказал что к ним сново приезжала полиция,-литовка нажралась и вызвала их когда ей не понравилось что-то сказанное Сергеем. Теперь он в розыске.
-И где он живёт?
-Как где? Дома.
-Как?
-Ну она протрезвела, и он обратно вернулся.
-А если его поймают?
-Тюрьма.

Через два дня, когда мы с ниндзей готовили свою нехитрую снедь, на улице засияли мигалки и одновременно с этим раздался стук в заднюю дверь. За ней стоял Серёга показывая жестами чтоб быстрей открыли. Но мы с Васей этого не сделали, крикнув ему что дверь сломана. Сергей постоял несколько секунд и окинув нас презрительным взглядом коим благородные герои в советских фильмах окидывали врагов народа и предателей,- скрылся в темноте. Не тогда, не сейчас меня не мучает за это совесть. Можно оттащить от края обрыва человека раз или два. Однако если он постоянно прыгает на краю, проверяя насколько крепок грунт,-рано или поздно рухнет вниз,и глядишь, утащит за собой ещё и тебя.

Дни улетали один за другим.Я перестал замечать их. Один как другой, другой как третий. Работа, английский, работа, английский, работа, поход в магазин, английский. Склад  давил всё больше и больше но я не позволял себе киснуть, стараясь радоваться каждому дню и находить романтику даже в многочасовом кидании коробок на палету (Ты в Англии парень! Вокруг туманы и Шерлок Холмс! Ну разве не круто? ) . Шерлок Холмс не мог быть ВОКРУГ (он же не дух святой) даже если бы жил в наше время , но я не задумывался о смысле, ловя общие ощущения от этих мыслей. И на душе делалось тепло. Я твердил себе как мантру, с мукой поднимаясь в 5 утра, тыкаясь о стены как слепой котёнок: Ещё чуть чуть и скоро Лондон!! Соберись!

Мысль о том что осталось совсем недолго придавала сил и я брал дополнительные смены даже тогда когда можно было запросто отказаться. Скоро это закончится, наслаждайся Валерка, потом будешь вспоминать и рассказывать детям как ебашил днями и ночами на холодном складе 🙂


За пару дней до начала курсов, я с Вовкой-бородой и милым, классным мужиком Валерой,-моим тёзкой и ровесником, гулял по центру. Был поздний вечер, на удивление тёплая погода и мы пили алкогольные коктели. Я слегка захмелел и чувство было просто волшебным, пугающе волшебным. Лёгкость, душевный подъём: Вот-вот начнутся курсы охраны и затем еееееехеееййййййй Лондон!

Мы сидели на скамейке в темноте и Валера изливал душу. Он был влюблён в женщину старше себя на двенадцать  лет. Она жила в Риге и не могла себе позволить переезд в Англию, так как в Риге у неё был свой бизнесс. Шаткий, валкий но тем не менее. Валера же не мог себе позволить жить в Риге, да и отношения с ней у него были непростые. Но он любил её, очень любил. И страдал находясь вдали. Иногда, очень редко, она приезжала, они проводили неделю вместе, и затем возвращалась обратно. Валера снимал комнату на пару с её восемнадцатилетним сыном, жившим и работавшим тут же, и собирался снять целый дом, вселив туда Вовку бороду чтоб сподручнее было платить аренду. Снять его он хотел для того, чтоб возлюбленная, которая должна была вскоре приехать, не захотела возвращаться обратно.

Как можно полюбить женщину старше себя, для меня всегда было загадкой. Тем более старше на столько….. Я ощущал Валеру как будто пришельца из другого мира, непонятного мне. Мне нравятся девчонки от 18 до 28 максимум, а он влюблён в женщину которая по моим критериям относится чуть ли не к бабушкам.

-А тебя не обламывает что она…. ну кожа… фигура……
-Нет, с чего? Она следит за собой, у неё нормальная фигура.- когда он сказал это, я подумал о том, что  понятие о нормальной фигуре у нас наверняка разнится,причём очень сильно.
-Блин, Валера, но смотри, тебе будет 45-ать а ей 57…… У вас секса уже не будет, понимаешь? Ты будешь ещё в расцвете сил, а она уже будет бабкой, реальной бабкой, ты это понимаешь?
-Понимаю, -грустно сказал он -конечно понимаю что…. что рано или поздно отношения развалятся, да и она понимает и мне это говорит. Но я люблю её Валерик! Я без неё жить не могу…..

Мне стало жаль беднягу. Он же хороший, хороший мужик! Не урод, добрый, просто замечательный. Из тех людей кто без проблем займёт денег и вообще никогда не откажет в помощи. Почему ему так не повезло? Хороший же, хороший парень! Тут такие на вес золота. Я подумал что его ситуация не намного лучше моей, да и лучше ли?

Часть 23

Разговаривая с Валерой на тему его душевных переживаний, мы обратили внимание на парочку англикосов приближающуюся по противоположной стороне дороги.

Они остановились у подъезда одного из частных двухэтажных домиков городского типа, располагавшихся впритык друг к другу. Домики были старые и милые, не безликие серые коробки, в которых жили мы. В каждом чувствовалось нечто такое… английское. И деревянные двери разных цветов, и медные ручки в виде голов животных с кольцом в носу, и окна интересной формы. Ребята (а это были парень с девушкой), остановились у двери, как раз напротив нас и что-то выясняли. Она была высокой, толстой блондинкой, пьяной в дрызг и к тому же босой. Туфли-лодочки англичанка держала в руках. Они о чём-то спорили и интонации бухущего голоса девчонки неприятно били по ушам. Всё таки большинство пьяных вдрыбадан женщин отвратны. Кто-то может сейчас возразить, что мол и мужчины в ужратом виде вeсьма не привлекательное зрелище. Я соглашусь, но всё таки женщины куда противней.

Увидев что мы наблюдаем за ними, англичанка шатаясь, но тем не менее решительно, двинулась к нам. Парень попытался её остановить, но она оттолкнула его руку и начала переходить дорогу.
-Блядь, этого ещё не хватало,- пробормотал я.

Подойдя, она нависла надо мной и до ноздрей донёсся запах горячего тела, парфюма и алкоголя отдающего какой-то кислятиной. Заплетающимся языком она начала что-то говорить но я понял лишь приблизительно. Что-то вроде чего это мы здесь сидим…  перемежающее паузами (она дышала как уставший бегемот) и непонятными вопросами: What? Ah?……..  What you?……… Ah?
-Listen, everything is okey.- я попытался улыбнуться максимально дружелюбно.
— Is it?
-Yes.
-Whoaaa….
-What?
-And you think…  So it’s okay. You… And why? Ah? I hope!!

Я не всасывал что она бормочет, возвышаясь надо мной. Чувство гадливости по отношению к толстой, вонючей бабе с белой кожей и растёкшимся макияжем переполняло, и где-то мелькала мысль что она меня сейчас ударит или облюёт. Сказав ещё пару непонятным фраз, корова позволила парню увести себя. И тут я заметил на руке какой то прилипший, скользкий кусочек размером с копеечную монету. Чего-то мягкого и клейкого. Поднес к глазам, поняхал… Блядь!!! Фу!!!!! Это был кусок блевотины явно вывалившийся изо рта англикоски или может упавший с одежды. Я вскочил с лицом перекошенным от отвращения, и кратко обьяснив пацанам ситуацию, рванул в ближайший паб мыть руки.

По дороге к пабу представил что будет, когда парочка войдёт в дом. Я прямо видел перед собой этого несчастного бедолагу наконец  добравшегося до её «прелестей». Это желание сквозило в том как он гладил, обнимал англичанку. И плевать что она уродлива, плевать что пьяна и воняет блевотиной вперемежку с кислым потом и тошнотворно-сладким парфюмом. Его это не остановит, он положит её на кровать, задерёт юбку, стянет громадные трусы (лобок наверняка будет очень выпуклый, крупный, мясистый- под стать ляжкам) и целуя шею войдёт в неё. Уродливый акт совокупления.

Помыв руки, я вышел из паба, распрощался с пацанами,решившими ещё пошататься по городку и пошёл по направлению к дому. Прошёл мимо костёла с древними плитами замшелых могил, между двух древних каменных домов сложенных из мелкого булыжника. Их освещал фонарь  сидящий на стене одного из них и этот свет был красивым, жёлтым, загадочным. Затем углубился в парк. Пахло мокрой древесиной, асфальт блестел влагой, фонари освещали дорогу и жажда приключений начала теснить грудь. Посидеть с Васей, покушать, поболтать, затем загрузить велосипедные багажные сумки, выпить кофе и двинуться в путь. К солнцу, к югу к океану. Я знал что Англия остров, но в мечтах это не играло роли. Я просто ловил ощущение… ощущение кайфа, невероятного кайфа предвкушения путешествия, которого пока и близко не намечалось. Но я обманул себя, представил что велик стоит, и сумки собраны, осталось прикрепить их на багажник. И затем представил что буду ехать до Мексики, затем въеду в Штаты через Техас.
Штаты, Техас, Катя… Круг замкнулся…. Я быстро выкинул эти мысли, не давая укорениться.

Затем подумал о Лондоне, о Шервудском лесе, о холмах Ирландии, о нависающих над морем скалах, о тех местах где ещё не был (да я нигде кроме парочки городишек не был) и которые надо посетить. Найти бы хорошую девочку, и поездить с ней. Милую, добрую, чувственную. Одному то неинтересно. Парк закончился, я шёл уже вдоль длинного забора за которым хоронились небольшие одноэтажные домики, а с другой стороны дороги была сетка ограждающая футбольное поле. На траве, рядом с оградой, лежала лошадка-качалка, лежала уже давно. Грива с оббивкой почти везде были оборваны, и на деревянной поверхности блестели капли воды.

Я присел рядом с ней и почувствовал слабость под коленями и в груди. Мне всё это показалось очень грустным и одновременно романтичным. Ночь, старая игрушка, запах древесной коры, нищие домики за забором. Капли дождя и футбольное поле. И я, Валерка Рогозин, обломок советской эпохи, сижу здесь на корточках. Как много надо ещё сделать, как далёк я от того места где должен оказаться. Но это будет потом. И работа и экзамен и даже сегодняшний поздний ужин. Всё потом.

А сейчас я сижу рядом с древней лошадкой, думая о том сколько детей каталось на ней, прежде чем она была выброшена сюда, вижу эти капли и чувствую запах  приближающихся холодов, и это не где нибудь в Украине или России, — это на острове, громадном острове называемом Англия. Значит всё это есть, и громадные острова и туманы и приключения и секс с красивыми девчонками чьи тела горячи а бархатная кожа на внутренней поверхности бёдер так тонка и нежна, как волшебный шёлк. А у меня ведь были красивые девчонки о которых мог в ранней юности только мечтать, я целовал их бёдра, пил их дыхание. И уже видел океан и смотрел, задыхаясь от восторга, на усыпанное звёздами небо севера Америки, видел голубые озёра в горах Колорадо, целовал маленького бурундука забравшегося на плечо, трогал кактусы растущие в дикой природе и любовался полётом белоголовых орлов.

Всё это есть, есть, действительно есть. Я всегда знал что это есть, но живя жизнью простого советского подростка, в каком-то рафинированном мире где ничего глобального не происходит, где в сервантах стоят сервизы, в подъездах ободранные перила, лето сменяется осенью, а по телевизору идёт «Поле чудес»,- я в глубине души знал что это всё не для меня. Это для других, для кого-то…. кого-то другого.

И даже уехав, посмотрев, почувствовав, потрогав,- я всё равно не могу избавиться от этого чувства новизны и щенячьего восторга переполняющего душу, когда осознаю что всё это (приключения, секс, океаны, скалы, остроконечные мечети, джунгли, запах тропиков и любовь,) — всё это действительно есть и есть в моём мире. В моём, мать его, мире! 🙂 В моём!

                                      Прошло ещё два дня.
Последние две смены дико измотали,- я чувствовал себя выжатым, но счастливым. Всё шло по плану! Деньги подкоплены, осталось сдать экзамен, дождаться сертификата и можно рвать отсюда.

Лондон…..  Я видел мысленно тёмную, утреннюю улицу громадного серого города: Дома-близнецы стоят вплотную друг к другу образуя сплошную стену. Я бегу по тротуару в сером кенгурасе (кофта с капюшоном) вдыхая запах тумана, бегу мимо стоящих на улице мусорных баков, мимо редких в столь ранний час прохожих. Я представлял их индусами или пакистанцами, понимая что жить придётся в третьей-четвёртой зоне (в силу громадного размера город поделен на зоны расходящиеся от центра как круги на воде от брошенного камня. Центр города -первая зона и дальше по возрастающей).

Ночь. Мы с Васей сидим в его каморке.

Уже посплетничали, обсудили соседа,- барсука Виктора, «Иисуса» со второго этажа, посмеялись над кем-то ещё, и теперь он рассказывает о своей прежней жизни, а я сижу развесив уши. Рассказчик Вася никакой, поэтому приходится задавать кучу вопросов и переспросов, но сама тема…. До того как финансово опуститься, Вася занимался камнями. Драгоценными камнями. Он рассказывает о чёрном рынке, о том как встречался с российскими ворами в законе, как закупал товар и перевозил его, о том как скидывал. Я слушал открыв рот, не веря своим ушам. Этот работяга со сварливым, тяжёлым характером, практически не умеющий слушать собеседника и не отличающийся интеллектом оказывается покупал и продавал алмазы на чёрном рынке……

Камни можно закупать в разных местах. Можно везти из африканской Сиерра Леоне, можно закупать в той же России, имея связи. Но если в России тебя ловят, то получаешь чудовищные срока, чуть не 25 лет, так как это считается подрывом экономики державы. Вася закупал в разных местах, но в Африку не забирался. Скидывал знакомым хозяевам ювелирок, но не в Латвии. Затем связался с бандитами, по серьёзному связался, сделал неудачные вложения, всё потерял, но самым сильным ударом был уход жены, когда вопреки её просьбам не завязал с криминалом. Слушая его, я чувствовал как голова начинает болеть от противоречивых чувств. Всё моё существо кричало: Нет, не может этого быть! Кто угодно, но не Вася!! Однако я знал его как человека который никогда не врёт (один из несомненных плюсов характера) и имена «авторитетов» которых он упоминал…. Человек который «не в теме», не знает их.

Потеряв жену, Вася завязал с этим. С камнями, с «пацанским» движением, со всем. Он любил её, очень любил. Но не смог простить ухода, признавая что сам подтолкнул её к этому.

-Я же ради неё это делал. Понимаю что виноват. Но тем не менее она меня предала, бросила.

Я не помню всех деталей разговора, и по тому что сейчас написал, не видно предательства. Предупреждала что уйдёт и ушла. Это в силу того что я забыл наш с сэнсеем разговор. Там были нюансы, которые предавали его словам весомость (Да, действительно предала). Но я забыл их.

Расход разбил его сердце, искалечил его, у Васи порвался какой-то духовный сосудик и…. он изменился. Решил что всё тлен и лишь душа вечна, и попытался развиваться в этом направлении. Йога,молитвы, медитация.

Теперь я стал понимать откуда у Васи шикарная дорогая одежда. Кожаная куртка от Версаче, понтовая кепочка и т.д. Всё осталось со старых времён.

-У меня был отличный пацан знакомый,-продолжил Вася.-Мы вместе тренировались. Надёжный, вроде тебя Валерка. Так вот, он поехал учиться на ювелира в Израиль. Евреи держат рынок камней. Без связи с ними и их одобрения ты заниматься этим не сможешь. У тебя камни покупать не будут. Потому что ты не еврей и тебя не знают. Это закрытый рынок. Так вот, он выучился в Израиле на ювелира, и одна богатая семья занимающаяся этим бизнесом, подтянула его к себе. Они мультимиллионеры, Валер, сам понимаешь. И они ему дали добро на бизнес. Это значит что у него есть сбыт! Это очень важно! Они предложили ему заниматься этим в Танзании.

-В плане заниматься?

-Что в плане? Заниматься камнями.

-Ну это ясно, но…… что он должен делать, каковы его функции?

-Он добывает там камни, а они у него их берут. Сбыт, понимаешь? Это очень, очень важно!!

-А как он их будет добывать?

-Ну, наймёт местных индейцев, будет им платить какие триста баксов, они будут копать землю, мыть камни, технология не сложная. Главное что есть куда сбывать! Эта семья сама лезть в Танзанию не хочет, у них и так всё в шоколаде. Малярия, жара, преступность,- им это не надо. Но у него они будут брать товар.

-И сколько можно поднимать на этом?

— За пару лет можно стать миллионером. К чему я это? Славка предлагал мне поехать с ним, то есть быть партнёрами.

-А ты?

-Отказался. Он говорил что через пару лет у нас будут миллионы. Толковый парень, умный. И надёжный. Но надо было вкладываться тыщь по десять, да и мне это было не интересно уже. Я решил развиваться духовно и достичь просветления. Деньги много страдания людям приносят.

-И где он сейчас, этот парень?

-Не знаю. Контакты оборвались. Уже два года прошло после его предложения. Наверно достал денег и уехал.

Миллионы… Танзания….. Африка…… Это звучало как волшебный сон. Блядь, а мы здесь за копейки ебашим на сраном складе и терпим презрительное отношение англичан. Я вспомнил как на днях буквально, маленький лысый членосос-вайзер (один из напарников Пола) разозлившись на парня запоровшего небольшой косяк, шёл и злобно бубнил неприязненно оглядывая нас: Бесполезные! Бесполезные люди!!

-Ты сделал ошибку, не поехав в Танзанию.

-Валера, душа! Духовность нужна, вот что! А деньги тебе счастья не дадут..

-Вася, о чём ты? Мы ебашим на этих пидорасов как рабы. Тебе нравится когда к тебе относятся как к куску гавна?

-Никто к нам так не относится!

-Да неужели? Не ты ли недавно говорил что тебя тошнит от этого склада?

-Мне главное душу развивать! А денег и этих хватает на всё. Я одет, обут, и с голоду не умираю. Деньги не сделают тебя счастливым, пойми! Счастье внутри!

-Да? И ты счастлив? Вот так, честно?

-Да, я счастлив, а если и не нет, то не из за денег а потому что недостаточно развился! Да и чё мы спорим об этом?

-Если бы у меня были деньги, я вернулся бы в Америку и нашёл бы Катю. А если бы у тебя были деньги, то ты мог бы путешествовать по святым местам о которых так рассказываешь! Поехать в Шаолинь, на Тибет, в Индию наконец и ничто не мешало бы тебе развиваться, но ты не должен был бы ебашить в холодном ангаре среди туповатых упырей, которых не любишь. Ты посвятил бы себя тому чем хочешь заниматься! А мы…… мы.. блядь как ёбаные рабы! Посмотри на нас! Синяки под глазами, ебаная холодная кухня, отупляющая работа! Деньги не дадут счастья, но они позволят тебе жить той жизнью которой ты хочешь, общаться с людьми с которыми хочешь, а не ебашить в морозилке чувствуя себя человеком третьего сорта!!

В глазах Васи начало появляться понимание, я понял что пронял его своим диалогом и продолжил:

-Ты только представь: Тибет, Шаолинь, святые места, паломничество, просветление, общение с монахами, со старцами! Или жизнь вонючего гастербайтера!! Ты мог бы внучке, семье деньгами помочь!!

-Хм….. в принципе Славку можно найти…. — неуверенно пробормотал Вася.

Спустя ещё пять минут разговора, Вася с горящими глазами думал как сново выйти на парня предложившего ему бизнес в Танзании два года назад.

Часть 24

Следующим утром, в шесть с копейками, я уже ехал в направлении Норвиджа. Поезд летел мимо кустов, деревьев, дорог, останавливаясь на маленьких станциях.

Oни были выцвевшими, бесцветными, похожими друг на друга как близнецы, и не нравились мне, ассоциируясь именно с той Англией которую представляет себе большинство:Дожди, сырость, холодные люди и тоска.

-Скажи, Табо кем ты работаешь?- глаза инструктора, приземистого, крепкого бородатого ирландца сорока четырёх лет,светятся весельем.

-Я спасатель, на пляже- дружелюбно улыбается негр с косичками.

-Ууууууумммммм, значит спасатель — хитро косится на нас инструктор, и я хохочу за партой, вытирая слёзы. Чувство юмора у парня отменно-пошлое, Лысый бы оценил. Как жаль что ублюдка нет рядом. Я ожидал чего угодно на курсах охраны, в политкорректной, чопорной Англии, но никак не бородатого Петросяна который будет смешить учеников своими пошлыми и дико смешными шутками.

-Угу, спасатель!- бесхитростно улыбается Табо.

-А ты носишь красные шорты?

-Да. Иногда. — негр продолжает улыбаться.

-А они….. хм…… они сильно…. сильно тебя обтягивают?- морда инструктора такая наиграно похотливо смешная, что я готов скатиться под парту, задыхаясь от смеха. Другие тоже ржут в голос, но я пожалуй переплёвываю их всех.

-Ты в порядке, парень?- обращается ко мне ирландец.

-Да….да….. простите, сэр — и я сново загибаюсь над партой хрюкая в ладони.

-Так, Табо, сейчас когда ты сказал о своих шортах, я просто обязан вызвать тебя на середину, чтоб показать как нужно правильно производить обыск! Иди ка сюда! Нет, не так, немножко медленней. О да, так!! Таааакк! 🙂

Табо,- невысокий, белозубый, с плоским африканским носом, стоит к нам лицом, подняв руки на уровень плеч.  Томас (инструктор)  за его спиной.

-Сначала вы проводите руками по бокам,- говоря это он делает два плавных движения, опуская руки от подмышек Табо к бёдрам, при этом закатывая глаза и приоткрыв рот,- имитируя экстаз. Аудитория ржёт, Табо смущённо улыбается.

-Обыскивая, вы должны не просто гладить руками, а проводить ими вдоль швов,- вот так вот..! Потому что не сделав этого, вы можете не заметить маленький и опасный предмет, вроде бритвы. После этого, вы должны провести руками по ногам обыскиваемого. Сначало однууу- он обхватывает ладонями ляжу африканца ладонями и опускает их вниз до щиколоток.

-Табо, что у тебя такое твёрдое там вверху……? Ты что-то прячешь?- строго спрашивает Том, и аудитория состоящая из двадцати человек сново прыскает смехом. Они прыскают а я уже просто задыхаюсь. Слёзы текут из глаз, лицо болит и гудит голова- как же давно так не смялся.

-Там что-то есть?

-Нет 🙂

-Но я же чувствовал! Такое большое и твёрдое….. Ладно, Табо, знаешь тебе лучше уйти! Иди садись!- африканец уходит а инструктор (о Боже!!) делает вид что поправляет что то в штанине, типо у него «встал». Зал сново ржёт.

Оглядываю аудиторию. Блин, как классно. Все англичане не считая нас с Табо. Не тебе литовцев, не тебе поляков, не русских, не латышей. Одни англики. Блядь, только бы сдать экзамен. Это уже другой уровень! Английский уровень! Пусть начальный, но английский! Томас рассказывает об охранной индустрии, очень по его словам быстро развивающейся в последние годы, о том что люди нужны и с работой проблем нет, главное получить сертификат SIA, ведь другие в Англии уже недействительны.

Рассказывает ирландец легко и непринуждённо, но слишком много воды, процентов 70 разговора не о чём. Судя по всему Томас в фирме на вес золота, так как наверняка не каждый сможет ебать мозг аудитории на протяжении трёх дней с утра до вечера, растягивая подачу информации которую можно было бы легко уложить в один день. И для меня, как не носителя английского языка, это огромный минус, так как среди болтовни о всякой хуйне я теряю нить разговора, мозг невольно расслабляется слушая всякую левую лабудень о том какая армия сильнее, истории из жизни, юности и иногда ловлю себя на том, что он только что сказал что-то по делу а я не понял не слова, уйдя в свои мысли, отпустив сознание куда то летать.

Я сново напрягаюсь, слушая каждое слово, но проходит десять-пятнадцать минут, разговор идёт не о чём и мне так трудно вычленять то что действительно важно. И вот опять улетаю куда-то далеко. За занавешенные окна, за холодный океан, в сторону джунгей, амазонки, в сторону большого озера которое пересекал много раз во сне на каное. И каждый раз плыл к берегу на котором стояла девушка с красивыми индейскими  чертами лица, ждавшая меня. И это умиротворение и ощущение счастья, такого тихого но тёплого-тёплого. Как давно уже не снился этот сон. Сон….

Зеланд в Трансерфинге Реальности писал что сны, это взгляд в другие, реально существующие миры. Бред конечно полный. Может лишь иногда, да и то не факт. Блядь, соберись Валерка, они уже что-то записывают!! Я выдёргиваю себя из мыслей и грёз, внимательно вслушиваясь в слова инструктора. Блин, ну нельзя же так отвлекаться!

На перерыве пошёл в кафешку неподалёку. Милые, улыбчивые люди вокруг, чашка кофе, яйца с колбасками,- я сел у окна жмурясь на солнце, ощущая что есть другая жизнь помимо ёбаных фабрик и складов.

Солнышко 🙂 Любимое, прекрасное, очищающее, дающее силу. А пацаны сейчас таскают коробки в дубаке склада, там где нет солнца, в своих отражательных жилетках, разрывая жопу чтоб превысить план и получить контракт в ангаре. Как они не понимают что надо учиться, повышать квалификацию, иначе они никогда не вылезут из ангара, он растянется на мили, тысячу миль, нескончаемо длинный, длинною в жизнь.

Я подумал о литовцах, которые работают там уже по паре лет. Хорошие пацаны, за исключением самого здорового, всё знающего бугая, который своей категоричностью смешил и раздражал меня одновременно. Да и он в принципе неплохой, просто не умный. Не так давно он заявил что Арнольд Шварценеггер,- посредственность с недоразвитыми ногами. Литовец был в своё время чемпионом своей страны по силовой тяге, то есть далеко не лох в силовых видах спорта. Но слушая его разглагольствования, я думал лишь одно: Боже, такой редкий долбоёб…..   Мне так хотелось ему сказать:

-Да кто ты такой чтоб критиковать Шварца, который стал шестикратным мистером Олимпия (высший титул в культуризме), завоевав первый титул в самом юном за всю историю Олимпии возрасте, Шварца который внесён в книгу рекордов Гиннеса как человек  с самым красивым и пропорциональным телом, Шварца поднявшего этот вид спорта на вершину популярности, Шварца чьё имя синоним силы и красоты. Кто ты такой, тупой, жирный пиндюк?

Конечно  же я этого не сказал, понимая что будет война, на фиг мне не нужная, но мне так хотелось, блин. На днях мы говорили о курсах, и он сказал что лучше уж работать на складе чем терпеть оскорбления всяких мудаков в ночных клубах, зная что не можешь им дать в голову, однако я видел что он лечит меня и самое главное себя. Он пошёл бы. С радостью. Но без сертификата, без знания языка не может. Да и деньги… Многие из тех с кем говорил на эту тему, услышав о сумме лишь присвистывали. Не фига себе…. 500 фунтов…. Как дорого. На эти деньги можно купить машину 2001-2002 года, а тут какие-то курсы. И это вводило меня в стопор. Машина не вытолкнет тебя из жопы, а профессия, пусть даже такая, будет рывком вверх. Однако такие заявления придавали мне силы. Значит не всё так плохо у меня с мозгами 🙂  🙂

Вернувшись после перерыва, после чашечки кофе, я больше не лошил и практически не «улетал» в другие миры. Том, кстати бывший военный,( насколько я помню воевавший в горячих точках) продолжал рассказывать о жизни, работе и обязанностях охранника. Шутки по прежнему сыпались как из рога изобилия, временами заставляя всю аудиторию хохотать. Среди нас были три женщины и не одна из них не всасывала шуток, улыбаясь иногда и крайнe неохотно, через силу. Том тоже с ними практически не шутил, явно опасаясь тараканов которые могут сидеть в головах свободных и независимых англичанок. У самого-то женой была молодая двадцатичетырёхлетняя полячка. При том что самому за сороковник. Молодец, сукин сын! 🙂

К тому времени как стемнело, все устали и с радостью ломанулись прочь, лишь лекция закончилась.

До станции было минут десять ходьбы и скоро уже я стоял в здании вокзала, в месте посадки напоминающем громадный ангар, под навесом которого дремали электрички. Ребята с бейджиками охранников (бейджи крепятся резинкой на рукав) следили за прохождением пассажиров сквозь рамки турникета. Я представил себе такую работу и содрогнулся. Так скучно стоять в прохладном помещении выполняя одну и ту же монотонную работу. Но работа в охране вообще зачастую скучна. Однако я был уверен что найду что-нибудь менее однообразное.

Придя домой, обнаружил что Васи нету. Упырь ушёл в ночную. Дом был пустым, холодным. Я кое как разогрел остатки супа, посёрбал его в своей комнате и завалился на матрас.

Часть 25

Ветер поддувает не хило, пронизывая до костей. Блядь, надо было взять куртку. Мы на заднем дворе гостиницы в которой проходят курсы. Идёт третий,-предпоследний день обучения.

Я уже не помню зачем мы выходили на улицу, по моему задания были как-то связанны с решением проблем возникающих между хозяевами машин паркующихся в неправильном месте и работниками охранных структур. Вроде бы кто-то из нас залазил в машину и начинал хамить а задача исполняющего роль охранника была успокоить обидчивого автомобилиста, заодно настояв на выполнении тем правил правильной парковки.
Мне было скучно и холодно, за исключением тех моментов когда показывать свою доблесть приходилось Нилу,- худосочному нелепому очкарику с прыщиками на лице и выступающими передними зубами. Парень будто ожившая карикатура, этакий книжный червь, доходяга-заучка из молодёжной комедии или какого нибудь комикса. Том не мог обойти его стороной, избрав основной жертвой подъёбок и приколов, видимо почувствовав что Нил совершенно не обидчив.

-А ну-ка Нил, покажи как ты будешь общаться с хулиганом!

«Хулиган»,- здоровый высокий пацан лет двадцати с хвостиком, с тяжёлыми накачанными руками, служащий в армии,- с улыбкой смотрит на тощего задохлика. Понимая нелепость происходящего, оба лыбятся до ушей,- что Нил, что «хулиган».

-Нил! Нииииииллл….. Давай, ты же охранник! Объясни-ка ему что он должен заплатить за напиток! Я верю в тебя, Нил! Ты будешь прекрасным вышибалой! 🙂

Действительно, мы учимся на категорию «Door supervisor» то есть следящий за дверью или отвечающий за дверь, неважно. Смысл один: Вышибала. Ты можешь работать и как простой охранник, а вот простой охранник не имеет права стоять на дверях кабаков и клубов. Блядь, глядя как смешной рахитичный Нил разговаривает с парнем играющим роль хулигана, я ловил себя на мысли что это глупость и абсурд. Ну должны же быть какие нибудь критерии. Его же тёлка с ног собьёт при желании, ну какой вышибала на хрен….

Во время обеденного перерыва я разговорился с Табо и…… офигел. Парень с Танзании. Я сразу начал пытать его об алмазах. Странное дело, вообще ничего не помню о том что он говорил. А он рассказывал много. О том как их добывают, как их надо вывозить в другое государство, чтоб можно было с ними улететь. Рассказывал о том что страна поделена войной на два лагеря и надо пробираться к повстанцам, там доставать камни и возвращаться обратно. Это риск, на границе стреляют. Я не помню уже говорил ли он это о Танзании или мы уже обсуждали другое государство, скажем Сьерра Леоне. Всё забыл. Но не тогда. Тогда я всё помнил и приехав пересказал Васе.

После обеда меня развезло и начал бы клевать носом, если бы не Том. Рассказывая, он время от времени подкалывал бедолагу Нила, и смех каплей за каплей теснил сонливость.
-Нииииииил, ты слушаешь?- спрашивал он временами, внезапно прерывая рассказ, и это получалось так смешно что аудитория прыскала смехом.

Слушай, Нил, у тебя есть фотография с собой?
-Нет.
-Принеси завтра, ладно? Я хочу положить её себе в кошелёк. Рядом с фотографией жены и детей.- влюблённо сказал Том.

Спустя ещё какое-то время, Том включил проектор. Он щёлкнул на страницу, где по моему были показанны фальшивые удостоверения личности. Он увеличил одно, другое, перещёлкнул на третье и вдруг удивлённо-возмущённо-вопросительно  протянул:
-Нииииииииилл?!!

Весь класс зашёлся в хохоте. На изображении был худой, очкастый парень с выпирающими зубами. Сходство с Нилом было поразительным. Уморительно смешным жестом  Том театрально переводил взгляд с фотографии на Нила и обратно, выпучив изумлённо глаза и нахмурив брови.
-Гадкий мальчишка, так вот оказывается чем ты занимаешься……  А я хотел тебя положить в кошелёк, с женой и детьми. Я почти влюбился в тебя Нил и подумывал о разводе!! А ты оказывается подделываешь документы….

Класс  хохотал и Нил тоже смущённо смеялся. Сон прошёл как не бывало,- Я лежал на парте хлюпая носом и вытирая слёзы.



Ну вот и конец третьего дня.  Завтра мы учимся до обеда, затем проходим курс рукопашного боя, точнее правильнее сказать физического вмешательства.Это когда приходится применять физическую силу для задержания или выдворения нарушителя порядка. И затем экзамен состоящий из трёх частей, в каждой из которых по тридцать вопросов.

Я вышел на улицу в темноте и потопал в сторону гостиницы, которую снял на ночь. Остаться пришлось потому, что следующий день был субботой, и электричек из Тетфорда с утра не было. Гостишка располагалась недалеко от вокзала, рядом с каналом почему-то казавшимся ночью грязным. Номер был на первом этаже. Вход с улицы, как в частный дом.

Зайдя в комнату включил свет, плюхнулся на потрёпанную кровать. Ковролин на полу был грязный, прожжённый сигаретами и запах прогорклого дыма в комнате соответствовал обстановке. Казалось табачная вонь впиталась везде,-в мебель, палас, бельё. Я вспомнил чистые американские гостишки в которых останавливались с Катей и грудь сжало. Сел на кровати, думая чем бы себя занять. Мысль о том чтоб провести оставшееся до сна время в этом затхлом номере ужасала. Девчонку бы. Обнять, почувствовать нежное тело, зарыться лицом в волосы.

Когда я в последний раз целовал девочку? Когда трахался, шлёпая ладонью по выгнутой заднице чувствуя возбуждённую «киску» и сладкую, щекочущую, жаркую истому, когда вот-вот секунда,- и ты ты кончaeшь рыча ей на спину, на попку, а она стонет и инстинктивно продолжает тереться о тебя промежностью вверх-вниз-вверх-вниз, мокрая и горячая. И вы прижимаетесь друг к другу, залитые потом, похотливые как животные и уже не целуетесь а откровенно облизываете губы и языки друг друга сходя с ума от кайфа и от осознания того что так близки в эту секунду и нету не стеснений не табу, но ощущение абсолютного счастья и свободы. Как же давно это было.

И я вспомнил Анжеличку, её румянец на щеках когда раздвинул ей ноги, сказав: Дай полюбоваться тобой. Она так стеснялась и это заводило меня. Это было целомудренно и трогательно. Анжеличка… Казань и ветер Татарстана.
 ‘
И тут из соседнего номера раздался девичий голос. Соседка за стеной с кем-то говорила по телефону, собиралась на какую-то тусу. Я не всё понимал, но что-то про работу, про стриптиз. Или мне показалось? Ну подойди, постучи, поговори с девчонкой, а? Криво усмехнувшись этой мысли, я встал с кровати. Конечно, я ей охуенно нужен. Тридцатишестилетний (дряблый!!) упырь  коряво бэкающий по английски, работающий пикером на складе «Кулина». .


Выйдя на улицу, пошёл в сторону центра. Огни горели, люди гуляли и я почувствовал себя таким одиноким среди них!
 -Завтра экзамен, думай об этом! Сдашь на сертификат! Жизнь изменится.- говорил сам себе. Но это не убеждало а наоборот, звучало до смешного глупо.
 ‘
Сертификат…. как круто. Я сдам на сертификат… Какой неебательский прогресс! Бинго, да ты просто баловень судьбы! Сертификат в студию! Аплодисменты! Некоторые из твоих знакомых стали миллионерами, некоторые просто не плохо «дышат» имея детей и семьи, но все они нервно курят в сторонке на фоне достижений Валерки Рогозина который завтра сдаёт на сертификат!
 ‘
-Какое же ты ничтожество…- шептал внутренний голос и я почувствовал что готов завыть, понимая что ведь он прав, прав, тысячу раз прав.
-Что ты сделал за это время? Сдал на гражданство? И это единственный прогресс? За все эти годы? Пиздец как круто! Люди за полгода на гражданство сдают с нуля. Куда ты въебал остальное время?? Куда ты его потратил?? За это время другие меняют жизнь, получают специальность, оканчивают колледжи,а ты? Ты? Ты!!!!!

Внутренний голос замолк, но настроение упало за ту черту, откуда его вытянуть можно лишь чудом или алкоголем. Как будто в горло воткнули рыболовные крючки и рвут, тянут их в разные стороны. Казалось сердце сжалось и застыло в таком состоянии, будто его заклинило как заржавелый старый механизм.

Я не мог понять почему именно сейчас меня так прижало депрессией, почему именно сегодня она запрыгнула на плечи, начиная душить, как стягивающий на горле кольца удав. Ведь всё было здорово, я шёл вперёд,- работал, учился копил деньги радовался тому что сдвинулся с мёртвой точки. Как же так? С чего это сейчас? Последний раз чувствовал себя так хреново лёжа в ванной с разбитой пылесосом головой.

Беспокоило меня и ещё одно: Я вовсе не был уверен что сдам тест. Пытаясь вспомнить всё то что нам говорили, — с неприятным чувством осознавал что не помню практически ничего. Цвета огнетушителей для газа, горючей жидкости и бумаги, что-то о блевотине которую надо убирать в специальных перчатках, разные виды преступлений попадающие под статью кража, незаконное проникновение или убийство. Всё как-то кусками, разрозненно.
 ‘
Дошёл до центра. Двухэтажные автобусы, машины, люди с кожей разных оттенков, огни,витрины…. Пару раз остановился у уже закрытых магазинов, рассматривая кроссовки и ещё какую-то поебню на фиг мне не нужную. Bышел на тёмную площадь, такую людную днём, двинул в сторону парка, где высилось красивое, освещённое разноцветными прожекторами здание. Одиночество заворочалось на  шее и ещё сильнее сдавило глотку.
 ‘

Я подошёл к полной негритянке и спросил у неё как пройти к центральной улице, хотя сам прекрасно это знал. Но мне нужно, нужно было с кем-то поговорить, чтобы доказать себе самому что я не привидение, нужно было пообщаться хоть с кем-то, услышать человеческий голос и может даже увидеть тёплую улыбку. Мне так не хватало этого в тот момент, я чувствовал себя таким одиноким.Она дружелюбно, грудным африканским голосом, объяснила мне то, что и так знал, и удалилась. А я остался стоять в сумраке ночи, разбавленной жёлтым светом фонаря.

Часть 26

Пошироёбившись по центру, не спеша потопал в сторону вокзала. Пару раз проходил мимо пабов откуда доносилась музыка и крепкие ребята в пальто с бейджиками  door супервайзеров на рукавах, стояли на входах.

С каждым из них я начинал беседу, спрашивая про экзамен. Мужики дружелюбно отвечали на вопросы, мол не парься парень, если слушал внимательно,- сдашь! И при слове ВНИМАТЕЛЬНО, мне становилось как-то не по себе. Да, я слушал, но не всегда всё понимал, вот в чём проблема. А ещё иногда улетал далеко за окна гостиницы где проходили курсы, туда где Гватемала, Мексика, пустыня Сонора и……..США. Несколько раз сидел рядом с индейцем с выдубленным ветрами лицом у костра, в гористой местности, недалеко от тропинки опоясывающий перевал. Костёр горел стреляя искрами во тьму, индеец играл на флейте пикколо, состоящей из скреплённых вместе бамбуковых палочек, и неподалёку на боку лежал мой велосипед с перемётными сумами и туристическим ковриком на багажнике. Хм, если слушал внимательно……

Вот пабы остались позади, я с каждым шагом ближе и ближе к гостишке. Блин, как не хочется возвращаться туда. Вышел на другую улицу, и проходя мимо небольшого магазина, выглядевшего обшарпанным, заметил на полках журналы, заклеенные целлофаном так, как заклеивают порнографию. Поколебавшись несколько мгновений, вошёл внутрь.

Помещение было узким, вытянутым и тёмным. Стенд с журналами уходил в глубину. Сбоку у входа был прилавок, за которым сидела пожилая индуска равнодушно глядевшая на меня чёрными глазами. Она напоминала паука в сердце паутины. Индус преклонных лет, надо полагать её муж, стоял в проходе. Слегка улыбнувшись он удалился в подсобку, оставив нас с вдвоём. Повернувшись к стеллажам, чувствуя на спине немигающий взгляд, я начал рассматривать журналы. В принципе смотреть было не на что, так как они все были запечатаны целлофаном и то немногое что было видно, не сильно разнилось. Улыбки престарелых проституток и силиконовые сиськи. Не то не другое меня не возбуждало, но порывшись, вроде выбрал два журнала с приемлемыми девочками на обложке, думая про себя: Так странно. Я выбираю порнуху на глазах пожилой женщины. Она прекрасно представляет для чего я их беру. Мало того она знает что я в курсе её знаний о цели моей покупки. И это меня не капли не трогает. Я очерствел и стал циничней чем в юные годы, которые были словно неделю назад.

И вспомнилась Анька Завалишина, тридцатилетняя беззастенчивая баба, любившая алкоголь, своего мужа и секс на стороне. Мы только помирились с Катей, после измотавшего обоих скандала, и я стоял на полянке у входа в Анькин апартамент, наслаждаясь солнцем и радуясь тому что сердце больше не болит, так как мы оба очень остро переживали ссоры и недопонимания друг друга. Именно тогда Анька сказала фразу, так запавшую мне в сердце. Глядя на меня снизу вверх со своего пластикового кресла, сидя на котором пила вино, она произнесла:Ну ты сам знаешь,- с годами мы лучше не становимся….

Я то как раз не знал, мало того думал что как раз таки с годами люди мудреют, делаются спокойнее, добрее. Но Анькина фраза заставила задуматься. Действительно, зачастую люди становятся хуже, циничней, холодней. Человек переступает через свои принципы раз, другой, и с каждым разом делать это всё легче и легче и постепенно идеалы стираются как нарисованный мелом рисунок на асфальте. И вот он вступил в огромную армию уставших циников с потухшими глазами, — злых, язвительных и раздражительных, уверенных в том что мир- гавно.

Подойдя к кассе я положил на прилавок порнуху. Индуска равнодушно пробила журналы, кинула в чёрный пакет, я заплатил денег и покинул тёмный магазин. Интересно счастливы ли они здесь? Рады ли что покинули яркую, солнечную Индию?

Вместо того чтоб повернуть на улицу где находился номер, продолжил путь дальше, к вокзалу.  Вышел к автозаправке. Углубившись в этот оазис света подошёл к стенду с периодикой, сняв с полки журнал о путешествиях. Я смотрел на голубой океан, на амазонские леса, рассматривал лица южноамериканских индейцев, узнав даже известного вождя, являющегося другом Ди Каприо и одновременно мошенником и вымогателем, как прочитал о нём позднее. Как же его имя? Аааа, не помню. Да и не важно. Мимо проскользнула девчонка лет двадцати шести. Я спросил как скоро они закрываются, затем слово за слово, мы разговорились.

Она спросила: Что смотришь?  Показал картинки с океаном и пустынным плато. Я спросил: Откуда ты? И узнал что она из Венгрии (или Болгарии?). Стало теплее на сердце, причём как показалось нам обоим. Мы оба были на чужой земле и это сближало. На какой-то момент я подумал что надо бы пригласить её посидеть после работы, но она была посредственной внешности да и работу заканчивала явно не скоро.

‘                                    
,
                                       Час спустя

Журнальные картинки не возбуждали. Рука устала. Тёлки были зафотошопленными до безобразия, до блеска. Настолько, что фотографии казались рисунками. Когда, минут через пятнадцать, всё кое как закончилось,- я сбросил журналы на пол. Они вызывали резкую гадливость. Даже порнуха смакующая групповуху и жёсткий анальный секс с двойным проникновением, казалась мне  менее пошлой чем эти журналы с чудовищно зафотошопленными тёлками сующими в себя вибраторы.

Ведь в них обитают все те кто их покупает.В этих журналах дальнобойные фуры и их бородатые пузатые водители с геморроем и несварением желудка, в них никчёмные бедолаги не способные даже включить порнуху так как у них в доме нет интернета, в них ночные фрики с мутным взглядом и мокрыми губами словно вурдалаки исчезающие с рассветом, в них одиночество и тоска. И ещё низкосортные гостиничные номера. Номера в которых одинокие, никому не нужные мужчины дрочат свои концы высунув язык и пуская слюни. Многие из них душевно больны, многие просто неудачники, некоторые садисты.

А ты? Какой ты Валерка? Чего хочешь ты? Я знал одно: Что точно не хочу находиться в этом вонючем, прокуренном номере наедине с самим собой и этими журналами. Стоя под душем подумал в очередной раз: Катька, где ты? Как ты? Вот бы ты удивилась увидев меня, смывающего с себя сперму в дешёвом вонючем номере. У тебя наверно солнце в Техасе? Как сейчас пахнет в Америке? Мы давно не виделись, но что-то подсказывает что у тебя всё путём. А у меня? Хм…. не очень….  Даже если я соберу весь пазл, — у меня всё равно не будет хватать огромной части в самом его сердце,- тебя. Без тебя пазл не собрать, хоть я и пытаюсь это сделать. Меня уже нет в твоём пазле а ты до сих пор являешься частью моего, вот она проблема.

Сука, все вы кошки, и забываете хозяина лишь появится новый.

Наверно….. в следующей жизни….. когда я стану кошкой…… ла ла ла лай- заиграла в голове песня и я запел её вслух. Сознание сделало скачок и я засмеялся. Кошки, ёбаные кошки. Ла лай ла лай. Вырубив душ на минуту, намылил мылом пол узенькой кабинки, протёр его рукой, затем смыв мыло сел облокотившись спиной о стену: Наверно,  в следующей жизни, когда я стану кошкой, ла ла ла лай. Только что я подрочил нестоячий конец и теперь сижу в душе напевая песню о кошках. А несколько лет назад мы занимались с Катей сексом на вершине скалы в заповеднике «Voyageurs national park» на озере под названием lake One. Я драл её,  наверное минут двадцать в бешенном темпе и она стонала: Ещё, бей ещё,- и я отбил себе всю руку о её упругую задницу и на следующий день она (попка) была вся в синяках.

А ещё за несколько лет до этого я нокаутировал курчавого ублюдка избивавшего на ринге всех подряд, даже новичков легковесов. Мы рубились жёстко и бескомпрoмисcно, ненавидя друг друга. Я ненавидел его за бесцеремонность в общении и жестокость по отношению к слабым. Избивать неопытных ребят казалось мне низостью и кощунством сопоставимым с поступком священника трогающего себя ниже пояса во время исповеди матери троих детей, рассказывающей о том как её изнасиловал пьяный брат мужа. Мы же боксёры! Братья!

Курчавый был бойцом и не трусом. Я не считал его по настоящему хорошим боксёром, но его корявая манера боя делала его очень неудобным противником и я мазал, временами проваливаясь и пропуская удары. До того момента, как стоя прижатым спиной к канатам, пробил два мощных сбоку. Первый попал в плечо развернув его, а второй вошёл чисто в  челюсть. Упырь грузно рухнул на прямых ногах с глухим стуком ударившись затылком о настил ринга. В воцарившейся тишине попытался подняться, но у него ничего не получалось и ребята со стороны смотрели широко открытыми глазами. Я не кинулся помогать, а лишь подчёркнуто равнодушно  прошёл  по направлению к своему углу мимо не понимающего где он находится человека лежащего у моих ног. В углу счастливо лыбился мой близкий друг Лёха, тот что рассёк мне бровь месяцем раньше, и его  рожа выражала лишь одно чувство: Я горжусь тобой! Это было охуенно!

А ещё раньше я прочитал «Тёмную башню» потрясающую вещь об одиноком ковбое-страннике путешествующем по своему постапoкалиптическому миру в поисках волшебной тёмной башни, являющейся сосредоточением энергии мириадов миров. И выйдя в комнату, увидел голубые глаза отца, смотрящего телевизор, и меня пробило: Мой папа! У него глаза странника,- Стрелка Роланда Гелеадского! Он мог бы быть стрелком, не засоси его рутина жизни! Мог бы…. Но не стал….

А до этого, за много лет, мы с отцом ныряли в глубокую реку на границе города Житомир, в поисках раков. Вода  на дне казалась ледяной и я грёб во тьму, опасаясь что никогда не достигну его. Она была чёрной как ночь и обжигала холодом. Я грёб, грёб, грёб, чувствуя что всё,- хана я никогда не выберусь из темноты и сейчас громадные челюсти акулы адаптированной безумным профессором к жизни в пресной воде, разорвут меня на части. Но за секунду до этого маска ударилась о дно. И я, покачиваясь как в невесомости под давлением слоя воды, постепенно начинал видеть как оно серебрится поднимаясь вверх в сторону берега. И дыхание возвращалось, я плавно плыл опустив маску к песку, и вот они раки. Громадные, шевелящие усами, сидят на подъёме из глубинной ямы. Один улетает стрелой, второй, но третьего я хватаю и рву вверх, к воздуху и солнцу. Дыхания уже нет, сейчас задохнусь. Вода светлее, светлее, светлее, теплее, теплее, вот она уже как парное молоко и ты с шумом выскакиваешь на поверхность, гордо держа в руке с натянутым на неё носком (чтоб рак не увидел белое пятно и не убежал) добычу!  Есть! Я поймал рака, папа! И отец гребёт к тебе на лодке, в которой сидит улыбаясь мама, молодая и красивая.

Я попытался вспомнить что было до этого, до того как мама ушла и семья развалилась, и увидел себя совсем маленьким, стоящим в тёмной комнате на кровати, с электрическим пистолетом: Пахнет коврами, Украиной, летним дождём и…уютом. Пахнет детством. На тумбочке у кровати стоит волшебная лампа. Это сделанный из пластика, сжатый с боков цилиндр, на котором изображён трамвай едущий по мосту. Цилиндр полый и в нём стоит другой,- маленький цилиндр внутри которого светится лампочка. Во внутреннем цилиндре есть отверстия и он вращается на тонкой игле. Свет лампы бьёт сквозь отверстия маленького цилиндра попадая изнутри на внешний, создавай ощущение будто вода под мостом, по которому едет трамвай, переливается и идёт маленькими волнами, оживляя фотографию.

Далее вдоль стены идёт большой шкаф. У подоконника напротив кровати телевизор и по бокам от него два вращающихся вокруг своей оси немецких кресла. Я стою на кровати и в руке электрический пистолет, который светится разноцветными огнями и стрекочет если нажать на курок. Бабушка вышла из комнаты на кухню, сказав что скоро вернётся. Но в темноте, у телевизора прячется кто-то злой и опасный. Я жму гашетку пистолета, он горит огнями рыча, и злое существо боится подойти и быть убитым. Бабушки нет около минуты и всё это время пистолет не замолкает.

Сидя в душе, я вспомнил запах Украины и бабушкиной комнаты. Вспомнил и сново затянул песню: Наверно, в следующей жизни, когда я буду кошкой, ла ла ла лай.

Плюхнувшись на кровать уснул мгновенно.

Часть 27

-Этой рукой вы берёте под локоть, а этой фиксируете кисть,- понятно?

Я пытаюсь зафиксировать кисть «нарушителя» как показывает инструктор, но получается коряво и неправильно. Через одну пару от нас пыжится Нил со своими двумя напарниками. Мы с ребятами косимся на него, понимающе ухмыляясь друг другу. Последний день подходит к концу и нас обучают правилам самообороны и так называемого физического вмешательства, то есть действиям в ситуациях, когда необходимо применить физическую силу.

-Вы не в коем случае не должны применять кулаки!- говорит инструктор по рукопашке,-высокий, темнолицый иранец.

-Если на вас кидаются, вы просто подставляете руки и затем хватаете нападающего. Да и потом, большинство пьяных как бьют? Вот так, коряво,- и он показывает боковые удары прямыми руками от плеча, плашмя и неуклюже. -Такие удары легко блокировать, просто подставив предплечья!

Я слушаю этот бред, немного охуевая. Что за  поебня?! Неужели он действительно верит в этo? Едва ли, ведь у парня за плечами много лет работы вышибалой. В голове появилась ассоциация с командиром, раздающим своим бойцам винтовки без патронов: Фриец,он чё? Он трус фриец! Вы, братушки как встанете, как грохнете Ура!!,- так он и побежит! Увидит винтовки и в штаны наложит!

Когда на тебя несётся с кулаками какой нибудь жирный свин или просто хулиган, то не факт что он будет по детски молотить кулаками как показывал иранец. Хулиганов в Англии до фига и они имеют опыт уличных сражений. Я представил себе худосочного Нила выставляющего свои хрящики навстречу ударам и ничего кроме гадливости это не вызвало. Не по отношению к нему, нет, а по отношению к этому театру абсурда. Ну куда таких ребят на курсы вышибал пускать?? Я понимаю охранник в магазине, но не вышибала же…..

Том, перейдя из роли инструктора в роль зрителя, подкалывал иранца постоянно. Сначала тот терпел ужимки и гримасы, вызывающие смех аудитории за спиной. Затем попросил Тома успокоиться. Раз, два, три, четыре. Впустую.

Тогда, явно раздражённый, сказал уже зло и твёрдо, глядя Тому в глаза: Послушай, ты реально мешаешь! Ты понимаешь это? Ты мешаешь мне выполнять мою работу!

Том виновато скосил глаза, мол я понял, больше не буду. Но спустя пару минут, сново стал корчить рожи, делая вид что никак не может заломать Нилу руку за спину (он взял на себя роль третьего, недостающего партнёра в связке). Глядя на это зал сново стал хихикать.

Иранец оглянулся, сказал громко: Стоп!! — и молча уставился на невинно улыбающегося Тома.

-Это всё Нил виноват!- запричитал тот. Он настолько сильный, что чуть не оторвал мне руку! Поддаваться надо, Нил! Ты же как скала!- и после этой фразы все сново заржали. Иранец подошёл вплотную, нависая над Томом. Несколько секунд буравил его взглядом, затем улыбнулся сдаваясь, безоружно разведя руками в стороны:

-Ребята, я не знаю что с ним делать. Он не управляем. Не обращайте на него внимания, пожалуйста. Ты настоящее бедствие, Том, ты понимаешь это? Господи, что же с тобой делать? Может пойдёшь, погуляешь?

-Там холодно и я замёрзну,- комично пробурчал тот.

                        НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ СПУСТЯ.

Я сижу за партой косясь на окна, за которыми сгустилась вечерняя темнота. Все ушли, я последний. Надо отдавать работу. Блядь…  Я облажался. Облажался.

Когда перед началом экзамена в помещение зашли несколько человек не учившихся с нами, я понял что дело пахнет жаренным. Все они англики и все на пересдачу. Если они завалились сдавая на своём родном языке, то что ждёт меня?

Экзамен состоял из 90 вопросов разделенных на три равные части. Ответив первую часть из тридцати вопросов, уходишь на перерыв. Затем следующая часть. Сново перерыв. И затем последняя. Надо правильно ответить не менее 75 (80?) процентов.

Каждая часть разбита на десять групп, по три вопроса в группе. Необходимо чтоб хотя бы один вопрос в каждой из них был отвечен правильно. Даже если ты ответишь правильно на все вопросы во всех группах, за исключением одной, где не ответишь правильно не разу,- экзамен не сдан.

Все минут десять как ушли, а я всё ебусь с последней частью. На каждый вопрос три варианта ответов. Разница между многими из них в одно два слова, и я зачастую не понимаю значения как раз этих слов. Вроде и это правильно и это. Какой же ответ выбрать? Чиркаю наугад, переходя к другому вопросу: При угрозе взрыва открывают окна и двери в помещении или наоборот закрывают? Или открывают двери и закрывают окна? Не помню, блин.  Следующий: Что тушат огнетушителем с чёрной этикеткой: 1. Бумагу, дерево, картон. 2.горючие жидкости 3. Электропроводку, электроприборы?  Я напрягаю голову, пытаясь вспомнить и не могу. Точно не бумагу с деревом. Вроде электропроводку….  Ставлю галочку пoнимая что приплыл….. Экзамен будет завален.

На улице было прохладно, на улице было темно. Облажался… Ты облажался мудак…. Эх Валерка..

-Ты лох, конченный лох!-шептал внутрений голос. Ты не способен не на что, даже сдать экзамен на сраного охранника!  Ты пуст, ты глуп, ты жалок!

-Да заткнись ты уже,-устало ответил сам себе вслух. Заткнись,просто заткнись.

В здании вокзала светил бледно-жёлтый свет и группа людей, человек десять, устроили представление,разбившись по парам и танцуя корявые ( надо полагать деревенские) танцы . У мужчин были напомажены губы, нарумянены щёки, а на головах женские косынки. В этом наверное и был весь прикол: В переодетых в женщин мужиках. Вокруг танцующих собрался народ, все хлопали и улыбались.

Что смешного в танцующих в платках мужиках? В чём фишка? Это остроумно? Оригинально? По мне так тупой, примитивный юмор куда пошлее самых отвязных шуток о сексе. Я посмотрел пол минуты на представление, подумав: интересно, как живут эти люди? Счастливы ли ребята переодетые в женскую одежду?- и зашёл в небольшой магазинчик, один из нескольких находящихся на территории вокзала. На одной из полок лежали бутерброды, чей срок годности подошёл к концу. Скидка была нереальной,  бутерброд стоил по моему около 35 центов в то время как рядом лежали такие же за два с половиной фунта. Я взял парочку и заодно маленькую бутылку колы. У кассы стало стыдно,- я представил каким он видит меня: в дешевой курточке из секонд хэнда, с синяками под глазами, бледного, дряблого упыря покупающего неликвидные бутики.

-Ты не знаешь меня! Ты совсем не знаешь меня! Я совсем из другого мира! Я видел яркое солнце и рос в стране которой давно нет!- затрепетали в душе мысли, которые конечно не озвучил.

Чавкая бутиком (булка, майонез, ветчина, помидоры) и запивая всё это дело колой, увидел симпотную девку. Молодая (20-22), стройная, длинноволосая, в синих джинсах и короткой курточке, она шла вдоль рядов дремлющих поездов за турникетом. Одной рукой тащила за собой чемодан на колёсиках, в другой была бутылка алкоголя в бумажном пакете к которой прикладывалась через каждые несколько шагов. И я залюбовался девчонкой. Всё в ней,- то как шла, как закидывала голову прикладываясь к бутылке, каждый жест, каждое движение говорили: Я  свободна, красива, сексапильна и знаю это.

-Мне такая не светит,- грустно подумал я. Не светит. Девочка красива даже для Латвии. А это Англия…. И чувство неполноценности и убогости усилилось. Я жирный, жирный, жирный упырь и у меня отвратительное тело и морщины на лице. Я даже больше не боксёр. Никто… нечто серое…. один из миллионов безликих, бесцветных упырей, женящихся от безнадёги на приземлённых, недалёких толстухах, плодящих бесцветных детей которые не станут не поэтами, не учёными не путешественниками.

Мысли вызвали неприятное чувство потерянности. Обычно в такие моменты нам хочется оказаться в родном, дорогом сердцу месте. Там где нас любят, где нам тепло и уютно. И я с отчаянием ощущал что такого места у меня нет, вообще нет. Это явно не комнатка в холодном доме где мы живём с Васей, барсуком Виктором и злой пародией на Иисуса. Это не Рижская общага где провёл полтора года. Это не старенькая однокомнатная квартирка где рос и взрослел. Все эти места, они чужие мне. Есть лишь одно, далёкое, под зимнем солнцем Миннесоты, там где бегают белки, где стояли большие свечи, где мы с Катей лежали обнажёнными на балконе. Но и оно уже не то. Там нету не меня не Кати. Живут непонятные индусы или пожилая чета американцев и от нас не осталось и следа. Я оглянулся, ища кого-то с кем можно было-бы поговорить, не важно о чём, просто поговорить чтоб давление в груди, боль сердца ушла, утихла.                                

Вы можете подумать что я по жизни такой несчастный нытик, стенающий и хлюпающий носом. В этом косяк журнала, ребята. То что я чувствую и то как себя веду,- разные вещи. Это здесь, в журнале я могу себе позволить описать свои чувства и эмоции. А в жизни мало кто догадается что творится в душе. Люди видят и воспринимают меня совершенно другим. Сделайте на это сноску. Или не делайте, какая к чёрту разница.

Войдя в вагон увидел ту девчонку. Она сидела, закинув стройные ноги на подголовник следующего сиденья. Я сел в противоположном ряду на один пролёт вперёд. Больше в вагон никто не зашёл и поезд вскоре тронулся. Девчонка с кем-то говорила по телефону на хорошем английском, но её выдавало одно слово, чётко указывающее национальность.

-Ты полячка?- обратился к ней, когда повесила трубку.

-Да 🙂 Как ты узнал?

-Волшебное слово, которое ты повторяла сново и сново.

-Курва?- заулыбалась она.

-Ага,- оскалился я в ответ.

-Ну да, мы его часто произносим. А ты кто?

-Человек,- ответил я, неуверенно себя огладывая.

-Смешно,- засмеялась она,- А национальность у тебя есть?

Мне захотелось что нибудь сострить, но ничего не пришло в голову,поэтому просто сказал: Я украинец. Но говорю по русски. И приехал из Латвии. Слово за словом полилась беседа. Девчонка оказалась неглупой и интересной. Окончила универ, живёт в Норвидже, а сейчас едет в Кэмбридж, где училась ещё недавно, едет навестить друзей. Тема коснулась отношений, коснулась прошлого, я сказал что жил какое-то время в Штатах. Спросила почему уехал, я объяснил, а следом последовал неожиданный вопрос:

-Ты всё ещё любишь её? Любишь ту, которую оставил в Америке?

-Нуууууу……..

-Да, ты её любишь.

-Я…. ты знаешь так странно….- и я замолчал уставившись в пустоту. Затем разговор сново набрал обороты, меня понесло, я давно не говорил с кем-то кто понимал бы меня. Я рассказал о Колорадо, о том как залез на маленький пятачок,- вершину скалы, где меня застал дождь и ветер, о том как чуть не разбился спускаясь, рассказал о Миннесоте и белке которую мы с Катей приручили и она залазила на руки, а однажды ранним утром перепугала её, забравшись к нам в постель. О первых днях в Техасе, о багровом закате и мириадах чёрных птиц, обвесивших деревья и провода электропередач,- их чернота казалась сальной, жирной, объёмной и я понял, чётко понял что мы совершили ошибку, переехав. Мы коснулись жизни в Англии, говорили об алкоголе, о Лондоне и о чём-то ещё. В какой-то момент полька спросила: Представь себе что вот ты познакомился с девушкой, она тебе понравилась и тут ты узнаёшь что она танцует топлесс, тебя бы это оттолкнуло?

-Меня? Нет, с чего. Если она спит со мной и любит меня, то почему это меня должно отталкивать?

Я нравлюсь ей. Это видно по жестам, по глазам. Может и ошибаюсь, но едва ли. И ещё: Мне легко с ней. Несмотря на костность моего английского, мне с ней легко. И на острие этой мысли: Она красива, реально красива.

Мы болтали увлёкшись, пока голос в динамике не объявил станцию Тетфорд. Понадобилось секунд пятнадцать прежде чем меня торкнуло: Тетфорд!! Поезд уже практичеки остановился, через несколько секунд откроются двери.

-Моя станция! Нужно выходить! Было дико приятно пообщаться с тобой!- я быстро вскочил и потянулся за рюкзаком, лежащим на полке для багажа.

-У меня в этом городе живёт подруга! Она работает в компании по трудоустройству. Её зовут Юстана Партиска.- скороговоркой заговорила девчонка, слыша шум открывающейся двери.

-Удачи! — крикнул я и вылетел из вагона, опасаясь того, что двери закроются и последний сегодняшний поезд унесёт меня за тридевять земель. И лишь выскочив, понял что лоханулся: У неё было такое охуевшее лицо, когда рванул к выходу.

Быстро подошёл к окну и постучал. Она копалась в телефоне сидя на дальнем кресле у противоположной витрины и даже не повернула головы. То-ли не услышала, то-ли обиделась….

-Отойдите от окна,- недовольным голосом сказал неприятный, веснушчатый англик лет тридцати, стоявший на подножке локомотива. Я отошёл, двери закрылись и поезд тронулся.

-Господи, какой же ты лох!- сжалось сердце мыслью. Лох! Чёртов лох! Что же ты наделал?? Я смотрел вслед удаляющемуся поезду, понимая что облажался, так облажался!! Надо было ехать дальше, ехать с ней до Кэмбриджа, ты же ей так понравился, парень! У неё же горели глаза! Снял бы там гостишку, по хуй! Завтра бы вернулся. Ты же только вчера охуевал в прокуренном, вонючем номере тоскуя по нормальной, милой девчонке со стройными ляжками и добрыми глазами. И вот тебе шанс, на пользуйся им!! И что ты сделал?? Что ты сделал??

Поезд скрылся из вида. Я тупо стоял на серо-чёрном, казавшемся зловещим, ночном перроне не в силах поверить что это на самом деле, что так облажался. Внизу раскинулся Тетфорд,-тёмное мрачное пятно. Накинув на плечо рюкзак двинулся в его сторону. Тишина казалась абсолютной и каждый шаг зависал в ней глухим стуком. Я чувствовал себя последним уцелевшим на планете земля.

Часть 28

-I know what is old man’s problem! He is lonely and masturbates too much.

-Whaaaaat?- хохочу я, глядя на весёлую, красную рожу Андрюхи, быстро накидывающего коробки на палету.

-He masturbates like а crazy! I’m telling you!! This old fart seats at home and just does his meditation and masturbation!! Too much sexual energy!! That’s why he is so angry!!

Андрюха недолюбливает Васю и постоянно стебётся над ним за спиной. Нехорошо конечно смеяться за спиной, но мы с Васей уже пару дней как поцапались и не общаемся. Всё равно не хорошо, но сука, он так ржачно стебётся и я так зол на упыря что прощаю себе этот косяк. Андрей  гордится свои уровнем английского (весьма посредственным на мой взгляд) и мы ради прикола часто общаемся на нём.

 ‘

-He needs а woman! With the pussy and big boobs. But he has only bowled chicken and fresh carrots in his hands. And his old penis which he tortures every day with angry face! Masturbation and meditation masturbation and meditation! That is a reason why hе is such an asshole sometimes!! 🙂

 ‘

Закончив собирать коробки Андрюха ушёл оставив меня одного среди уходящих ввысь стеллажей. Народу этой ночью осталось совсем мало. Большую часть уже отправили домой, оставив буквально человек десять-пятнадцать. Я поднял разгорячённое холодным воздухом лицо к потолку, глядя на болтающийся под потолком кусочек целлофановой упаковки. Вентиляторы гнали воздух и лоскуток лениво шевелился как хвост запутавшегося в кронах деревьев воздушного змея.

 ‘

И вcплыл в памяти Техас, ночь и ряды новеньких машин на большущей площадке представительства Тойоты, где работал незадолго до того как свинтили. Я стоял в полумраке, разбавленном светом фонарей и прожекторов, освещающих площадку с сотней автомобилей. К боковому зеркалу каждого из них был привязан наполненный летучей смесью шарик на длинной ленточке. Некоторые из них почти сдулись за день, и сморщенные, жалкие, лежали на асфальте. Но большинство покачивалось в чёрной вышине ночного неба.

 ‘

Зрелище этих разноцветных шаров заворaжило меня. Красные, жёлтые, зелёные они будто кивали, прося чтоб я  их отпустил,- дал улететь, до того кaк последуют примеру  сдувшихся собратьев лежащих на земле. Ночь смягчила их яркие цвета, сделала приглушёнными и…. чувственными что-ли. И во всём этом,- в темноте за пределами площадки, в шариках, в прохладном воздухе, в том как они покачивались на фоне космической тьмы с редкими вкраплениями звёзд,- было что-то мистическое и чисто американское. И вдруг подумал что возможно скоро лишусь всего этого,- и звёзд и Америки и Кати. Я чувствовал что нахожусь на пороге катастрофы, на пороге перемен. Мы слишком много ругаемся и всё слишком хреново пошло. Но есть эти шарики и есть Техас. Есть Катя и есть я. И я могу ещё всё исправить! Ещё можно! Можно!

 ‘

Тремя годами спустя, в холодильном складе, за тысячи миль от того мира, глядя на лоскуток целлофана вспомнил Техас и разноцветные шарики в ночном небе. Это стукнуло под сердце, я тяжело привалился плечом к палете с продуктами. Что-то воспоминания стали чаще и чаще вгрызаться в душу. Тоска таки нашла меня, нашла сука. Желание работать, и без того не очень сильное,-полностью сошло на нет. Надо бы поднажать,- я не шибко насобирал сегодня, но охватившая слабость наполнила бессилием ноги.

 ‘

Я просканировал штpихкод локации и начал накидывать пачки с джемом на палету. Это занятие казалось адским, непостижимо тяжёлым. Какие на хуй коробки?? Что я здесь делаю?? Как мне вытерпеть хотя бы до конца этой грёбанной смены? Как это сделать если сердце сжато и каждое движение даётся усилием над собой? Каждое!! А их нужно сделать ещё тысячи за сегодня, этих движений….

 ‘

Между рядами мелькнул силуэт сенсея и я подумал что как не крути, а он единственный, кто не вертит пальцем у виска, когда говорю ему про Америку. Даже Лысый, даже мой Лысый оставшийся в Риге подъёбывал иногда, когда не в силах сдержаться, говорил ему про Катьку.

 ‘

-Расскажи мне ещё как границу переходил! Ты мексов видел? А горы? Расскажи, мне очень интересно, никогда не слышал об этом — издевательски стебался он, думая что это весело, не понимая как ранит меня. A я улыбался в ответ, мол смешная шутка. Показать ему что он топчется по сердцу в этот момент казалось постыдным. Я тут же жалел что вообще открыл рот.

А Вася не смеялся. Вася,-  не умеющий слушать и вообще воспринимать информацию Вася,- вдруг становился прилежным слушателем, и серьёзно кивал седеющей головой, глядя перед собой в пол. И это так помогало мне. Я знал что хоть один человек на Земле понимает и чувствует меня. Хоть один.

 ‘

И ещё он ненавидел Кулину и Англию. Открытый и прямодушный Вася сумел приспособиться к работе и усердно трудился, собирая больше товара чем я (нелепые пирамиды остались в прошлом). Но заносчивые англики, мрачное, холодное помещение и недалёкие люди окружавшие нас, давили его сердце.

-Это гадкое место!- говорил он, когда сидели вечерами в его комнатушке.- Здесь такие неприятные люди, Валерка! Точно упыри!- и смеялся над этим, полюбившимся словом, спизженным когда-то мной у Сашки Курочкина,- голубоглазого длинноволосого художника в выцвевших джинсах и смешных тупоносых казачках.

Глядя на мелькающую между стеллажами фигуру, я подумал что ниндзя не стал бы надо мной стебаться с Андрюхой. Не стал бы. А я? Я готов был разрушить и разломать всё, раз уж мы поругались,- ведя себя как мстительная торговка семечками на рынке. Он любил меня и я это чувствовал, ведь у него тоже не было здесь не одной родной души. Надо будет помириться как представится случай.

 ‘

                           Смена закончилась.

По дороге к машине замёрз под ледяным, мокрым ветром. На улице стало холоднее чем в ангаре,- английская зима вступила в свои права. Снега не было и от этого всё вокруг выглядело мрачным и чёрным.

 ‘

Поскольку моего нового водителя Славку отправили домой раньше, пришлось ехать с усатым Виталиком,- тем самым Виталиком который гнал как сумасшедший и включал на максимум отопление и дешёвый шансон, превращая поездку в испытание на прочность. Я сел на переднее сиденье, а сзади залез неприятный, нагловатый литовец лет тридцати трёх.

 ‘

Прикрыв глаза, чувствуя как машина набирает скорость, я радовался концу смены.

-Я вижу ты никогда не пристёгиваешься…-сказал Виталик когда отъехали от склада.

-Да, не люблю пристёгиваться,- ответил думая о чём-то своём.

-А мне потом отвечать за тебя и штрафы платить.

-По английским законам ответственность за пристёгивания ремней лежит на пассажире, так что всё в порядке.

-Ага, ты знаешь.- в голосе отчётливо начала проступать желчь и я насторожился.

-Да, знаю. Я сейчас учу правила движения.

-Я вижу ты всё знаешь! Самый умный,да? — oн уже не скрывал злобы.

-Слушай, Виталик. Не надо так со мной разговаривать. Я явно не тот человек, на которого ты будешь выливать своё дерьмовое настроение. Стопори это прямо сейчас.- повернув к нему голову сказал я спокойно и чётко,- глядя в глаза. Усатый ничего не ответил, молчал и литовец, но напряжение  конечно-же повисло в воздухе.

 ‘

До самого Тетфорда никто не обмолвился словом. Когда подъехали к подъезду я спросил нет ли сдачи с двадцатки.

-Тебе же сказали что нет, ты чем вообще слушал!! — хамским тоном, с наездом ответил усатый. Медленно повернувшись к нему я негромко, но внятно сказал:

-Если бы мы с тобой были сейчас в Риге, я бы тебе ебало набок свернул за такие слова. Радуйся, сука, что ты в Англии.

 ‘

Виталик ничего не ответил, глядя перед собой. Выйдя из машины я захлопнул дверь с такой силой (а хлопанья дверями было больной темой усатого, сдувавшего со своего тарантаса пылинки), что машину закачало. Виталик забился в истерике как припадочный дёргаясь за рулём и вид его беззвучно открывающегося рта, явно поносящего меня всеми известными словами, доставил мне нереальное удовольствие. Презрительно плюнув на капот,- зашёл в дом.

-Можно?- постучался к сэнсею десять минут спустя.

-Заходи.

-Блядь, я Виталика напряг только что!- сказал с порога.  Глаза Васи загорелись: Рассказывай!! 🙂

-Короче слушай………..:)

 ‘

                                                     Some time later.

 ‘

Опять ночь, опять осталось несколько человек. Я уже потерял счёт дням и ночам, они пролетают мимо,- бледные, немощные, мутно-серые как туман над болотами. Я беру много дополнительных смен, стараясь отбить компьютер (хард драйв полетит спустя несколько месяцев, похерив все фотки которые будут хранится на нём), а так же фотик.

 ‘

Я сново в этом, особняком расположенном от других, ряду. В воздухе витает дух приближающегося Рождества. Даже здесь, среди стеллажей, я чувствую его. Но Рождества не будет. Мы работаем. И я и Вася. Смысл оставаться дома? Уж лучше получить двойную оплату.

 ‘

Но душа противится. Ей хочется оказаться в доме, уютном доме где горит камин и стоит ёлка. Кидаю упаковки на палету автоматом. Я здесь и как будто не здесь. С одной стороны чётко вижу и ряды с товаром и электропогрузчик снимающий с верхнего стеллажа паллету с шоколадным молоком. Вижу сидящего в нём, тепло закутанного (открыта лишь узкая полоска лица) приветливого, доброго поляка с бородой соломенного цвета. И одновременно с этим перед глазами языки пламени, облизывающие дрова, два уютных кресла перед камином и висящий тут же рождественский носок для подарков. И любовь.. и дети…. Я не вижу их, но знаю что они в доме, наверно вверху, на втором этаже, готовятся спустится к столу. Зато вижу кота с псом дремлющих у огня….

 ‘

Замечтавшись едва не цепляю паллетой электропогрузчик, подъехавший сбоку. Сидящий в нём англик что-то крикнул и развернув машину рванул прочь. Очнувшись от грёз смотрю на экран монитора и вижу что не закрыл ордер, введя остаток товара. Возвращаюсь обратно и пересчитываю коробки. Ввожу цифры раз,- ошибка. Пересчитываю сново. Опять ошибка. Блядь! Да и по хуй.

Времена когда нервничал, подходя к вайзеру с просьбой сказать правилый остаток, канули в лету. У нас с Васей хорошие отношения с начальством. Вообще то правильнее называть не вайзер а team leader, ну да неважно. Узнав правильный остаток вернулся, скинул лишнюю коробку с палеты (причина того что цифры не сходились) и почувствовал что больше работать нету сил. Нету и всё. Минута, другая,- стою как истукан пытаясь собраться и продолжить. Но нет. Забив на всё взял перерыв, и направился в столовку.

Войдя, рухнул на стул и вытянув ноги уставился в тёмное окно. Блядь, так заебало здесь…..  Какой же я всё-таки слабак. Люди годами работают на складах и не ноют. Живут себе и ещё считают что всё у них хорошо по жизни. А я? Ещё пол года не прошло, а уже скис здесь. Слабак…. Сла-бак….

Два англика, сидевшие через пару столов, ушли, оставив меня наедине с пустым помещением. Странное чувство. Я рассматривал столы, стулья, громоздкие кофейные аппараты и аппараты продающие чипсы с блюдами быстрого приготовления (разогрел в микроволновке и вперёд), рассматривал выключенные телеэкраны висевшие у потолка. Так странно….  никого нет, лишь я один. И ночь за окном. И свет люминесцентных ламп. Да, Валерка. Ты в Англии. И тебе уже 36 лет….

-Неужели мне тридцать шесть? Мне… Я ведь должен ощущать себя мужчиной, взрослым мужчиной. Как же так? Когда, в какой период моё внутреннее мироощущение застопорилось? Когда и почему? Мне до сих пор иногда непривычно ощущать себя взрослым.

 ‘

Время, оно наебало меня. И случилось это наверное в Америке. Каким-то волшебным образом я законсервировался там, не повзрослев ни на год. Ах да, Атлантида…. Атлантида, мать её… я жил в Атлантиде.

 ‘

Вернувшись в Ригу начал ускоренно догонять свой возраст, но только физически. В волосах появилась седина и разрослась так что девчонка видевшая меня сразу после депорта и затем спустя пару лет, офигела: Валера, у тебя столько седых волос появилось…. Здоровье дало трещину и пол года спустя увезли на скорой с камнями в почках. Синяки под глазами, осунувшееся лицо,- организм догонял физический возраст. А духовно… духовно я застрял в том дне когда мы с Димоном примчались за Катей на автовокзал в Миннеаполисе, куда она приехала сразу с Чикагского аэропорта. И с тех пор не повзрослел ни на йоту.

Тем временем в столовку зашёл высокий негр в смешной разноцветной шапочке грубой вязки, и подошёл к кофейному аппарату, напомнив мне о не сделанном кофе. Я подошёл к соседней машине и закинул монетку.

-How’s going?- oбратился к нему.

-Fucking, tired!

-Yep! Me too, man! I haven’t seen you here before.

Чувак оказался водителем фуры. Он рассказал что сам с Ямайки и живёт в Лондоне. Ямайка……

-I..  I knew one guy from Jamaica! — сказал чувствуя непонятную дрожь в голосе.

-Ye?

-Yes, it was long ago. I met him in a jail. Not exactly jail, but..,-  и я вкратце рассказал историю знакомства с тем парнем много много лет назад. Тепло разлилось по телу и пульсировало в груди. Этот мужик С ЯМАЙКИ, с той самой Ямайки где белые пляжи, голубой океан, куда меня звал когда-то человек лежавший на соседнем матрасе в обезьяннике: -Мы будем нюхать кокаин, пить ром и трахать классных тёлок, Валеро.

Как же давно это было, Господи как давно. И этот парень живёт в Лондоне. В том Лондоне куда я собираюсь.

-It’s fucking boring here in Haverhill,- говорил мне он спустя пару минут.- Of course move to London! There are many people, nice girls, many clubs and all that shit! There is a big differense between these two places! London is huge and fucking beautiful! Many things to do! Just be aware that there are lots of crime in London! I’m serious! It can be very dangerous sometimes! You must be careful at night and in night clubs. Watch youself and don’t do stupid things!

Пока мы разговаривали я обратил внимание на ногти негра,- они были очень, очень длинные но при этом чистые и ухоженные. Он явно отращивал их специально. Они были так подточенны что напоминали когти сужаясь к кончикам.

Вернувшись к работе почувствовал себя лучше.

Сука, есть Лондон! И он громаден. Он возвышается исполином над всеми этими Хаверхилами, Тетфордами, Хуетфордами. Там толпы народу, много спортивных залов, картинных галлерей, кружков по интересам, машин, людей, туманов и романтики. Он ближе к Штатам чем вся остальная Англия хотя и очень далёк от них. Но ближе. Идя вдоль рядов я вопреки всякой логике и здравому смыслу представлял себя стоящим на вершине замка (воображение прыгало рисуя то башню то замок) и вдали, далеко за океаном я мысленно видел берег Флориды. Мне казалось что если я заберусь на верний этаж этого замка построенного моим воображением в Лондоне то увижу вдалеке за океаном Америку. Чушь полная правда? Конечно же я это понимал, но всё равно на душе становилось теплее. Лондон не так далёк, не так далёк от Америки как местечковая Англия.

Часть 29

Весть о том что я напряг Виталика разлетелась по Кулине и водители не горели желанием меня возить.

Им рассказали что я наехал на него после того как попросил меня пристегнуться. Но ведь дело было не в этом, а в хамстве. Попроси он нормально, я сделал бы не думая. Но усатый решил сорвать на мне своё настроение.

Грубость в мой адрес,-мой комплекс, ибо веду себя зачастую несерьёзно, много шучу и люди неправильно понимают это, принимая дружелюбие и мягкость за слабость. Он не сказал бы так Васе или тому же литовцу, ехавшему тогда с нами. А мне без проблем. И каждый раз когда так происходит, я потом зарекаюсь не быть весёлым распездалом, но проходит время и…………

Вспоминается фраза Мюнхаузена, так талантливо сыгранного Янковским: Ну не могу же я подстраиваться под каждого идиота!

Иисус съехал перед Рождеством, потеряв работу на куриной фабрике и мы остались втроём с Васей и Барсуком. Это время растворилось в памяти и я мало что помню. Запомнилось как гулял вечером по центральной улице городишки и пошёл снег. Он был лёгким и совсем недолгим, превратившись в ничто на следующий день. У одного из костёлов стоял музыкант и играл на волынке. Снег, серебрившийся в свете витрин и фонарей,- мягко падал ему на плечи. И всё это: Музыка, снег, ночь, гирлянды, суетящиеся оживлённые люди,- говорило о том что оно на пороге, Рождество. А вместе с ним и 2013-ый год.

Мне захотелось зайти в паб и выпить эля,- душу сжало горько-сладким ощущением одиночества, романтики, волшебства: Мне тридцать шесть и я в Англии! Я,- мальчишка в теле взрослого и до сих пор охуеваю с того что могу делать что захочу! Могу купить шоколадку и никто не скажет: Сынок, скушай половину а завтра скушаешь ещё кусочек! Шоколад дорогой! Нет никто так не скажет! Я могу рисковать жизнью, могу пить алкоголь, могу получить нож под ребро в узком переулке, могу наслаждаться всем тем, чем наслаждаются взрослые люди и мне до сих пор это непривычно. Как же так?

Любуясь снегом пошёл в сторону паба, чьи окна призывно горели: Заходи Валерка, выпей эля! Его пили сотни лет назад. Eго варили в котлах гномы и тролли, пили друиды и ещё Бог знает кто. Его пили бесстрашные войны и трусы, пили мальчишки и старики, скольких людей он согрел! А теперь его будешь пить ты, ты парень! Ты, сука в Англии, в Англии блядь! В той самой Англии где холмы и морские утёсы! Где дожди, туманы и ворчливые старики у каминов! Тут прятался в Шервудских лесах Робин Гуд и Шерлок Холмс играл на скрипке на Бэйкер стрит! Плевать что его придумали, наверняка был некто подобный! Наслаждайся же! Вспомни Украину и детство! Вспомни как ныряли с отцом за раками в тёмные воды Карбутовки, как пахло речной водой и лесом, как страшно было нырять в тёмную глубину где вода жгла как лёд и как приятно потом отогреваться, стуча зубами от холода, в залитой солнцем лодке. И в те годы, будучи совсем мелким, разве не мечтал ты о дальних странах, приключениях?

Как далёк ты сейчас от того дня когда поймал первого рака на песчаном дне. Далёк и во времени и в пространстве. А ведь это лишь начало, парень. Плевать что тебе тридцать шесть, некоторые в двадцать уже старики с потухшими глазами. Не в возрасте дело! Ты увидишь Таиланд, будешь смотреть на истуканов острова Пасхи. Ты купишь этот велик и пересечёшь Америку от Чили до Мексики! А сейчас наслаждайся приближающимся Рождеством. Выпей эля, парень! Давай, не тормози!


В пабе горел камин, люди смеялись сидя за столами и дух Рождества витал средь них. Народу было много, все добрые, дружелюбные. Я долго стоял выбирая из нескольких видов эля, ничего в нём не понимая. На одной бочке был изображён волк на покрытой снегом лесной тропе и назывался он вроде Thundervolf. На другой был изображён троль и назывался он то-ли пьяный, то-ли насмешливый, то-ли злой троль (или гном?).

-Мне пожалуйста, волка!-сказал румяному бармену. Волк, лес, зима,- то что надо. И уже заказав, подумал что надо брать тролля. Блин, Рождество ведь! Тролли тоже пили эль и даже варили его!

-Извините, знаете, я передумал! Мне Злого Тролля пожалуйста!

-Какой бокал?

-Бокал? Ээээ.. мне… ммммм….. средний — промямлил понимая что выгляжу глупо.

-Такой?

-Да, такой пожалуйста.

Бармен кивнул головой и начал цедить коричневатый напиток.

-А можно здесь постоять?

-Где здесь?

-Ну… тут, рядом. Можно у стойки выпить?

-Пейте. Только станьте чуть в сторонке чтоб людям не мешать заказывать.

-Ну да, да, конечно. Я как бы и… Ну да. Спасибо!

Бармен насмешливо приподнял бровь и мне захотелось провалиться под землю. Лошара….. 🙂

Отойдя к камину, обратил внимание на официантку,- красивую мулаточку лет двадцати. Ладная фигурка, пухлые губки, тёмные глаза, длинные волосы. Потягивая эль, оказавшийся вкуснейшим, насыщенным, горьковато-сладко-лёгко-воздушно-хмельным — наблюдал за ней. Вот бы себе такую девочку. Что бы я только не сделал тебе кoтёнок в кровати…:)

-Ничего что я здесь стою?- спросил, пытаясь завязать разговор, когда проходила мимо.

-Нет конечно,- улыбнулась она.

-Ну, просто я впервые в пабе… 🙂

-Аааа, понятно. Стойте конечно!- и улыбнувшись ещё раз приятной улыбкой, девочка упорхнула. Блин, такая милая… Прикидывая как бы продолжить разговор, увидел как она подбежала к только вошедшему маленькому, плюгавому, тонкошеему латиносу в кожаной коричневой куртке и повисла на шее, целуя.

Чёртов латинос. Что она в нём нашла?-думал, топая домой. Маленький, плешивый… Oдной рукой раздавлю…. Наверняка тупой как валенок. Ну почему, почему так?! Тощий, кости гремят при ходьбе, он же сука, её в кровати изрежет и исколет костями. Зато мордаха симпотная. Что за время?? Тупые тёлки смотрят на лицо, даже если оно приделано к глупой голове, а голова к тощей шее которая в свою очередь присобачена к рахитичному телу. Как она с ним трахается?? Oн же не похож на мужчину!! Это же kак со скелетом ебаться!!

На самом деле я конечно понимал что всё это бред. Да, меня раздражает мода на сладких мальчиков,- вижу в этом отголоски пидeрастии, споры которой летят по миру от современной культуры и этих грёбанных кутюрье и иже с ними. Мужчина должен быть мужественным а женщина женственной. Но возможно этот парень вовсе не пустой, может у него мужественное сердце и добрая душа. Может он пленил её чувством юмора или ещё какими духовным качествами. Я понимал это, но всё равно злился. Так было проще.


Чем дальше от центра, чем больше углублялся в парк, тем хуже становилось настроение. Симпатичная мулаточка целующаяся с мексом стала испаряться из головы, меня накрывало мраком городской окраины. Снега практически не было, его выпало слишком мало для того чтоб покрыть деревья с дорожками. Темнота парка давила душу. Где оно, моё яркое солнышко? Оно так радует сердце, даёт силы. Послезавтра сново на работу в этот ненавистный ангар…. Эль слегка дал в голову, совсем чуть-чуть, но я не жалел что не выпил больше.

В глубине парка, на скамейке сидела молодая девчонка с бутылкой винчика. За деревом отливал её друг. Несколько месяцев назад она была довольно стройной и казалась мне милой. Mы здоровались и могли перекинуться при встрече парой слов ни о чём. Затем я стал видеть её с парнем, точнее с мужиком, явно страше её. Они частенько сидели с друзьями гопнического вида на этой самой скамье и накатывали. Менее чем за полгода она располнела и лицо обрюзгло. Менее чем за полгода!! Вид стал неряшливый, расхлябанный. Мы по прежнему здоровались, но чисто автоматом, по привычке. В этот раз я попытался поймать её взгляд, чтоб улыбнувшись сделать дежурный кивок, но увлечённая бутылкой и своими мыслями, она не посмотрела на меня.

Возможно, будь она одна, я подошёл бы, сказал бы о том что так нельзя, что она не видит себя со стороны, что ей наступает пиздец! Сказал бы чтоб ломилась от него, что можно всё исправить, можно ещё! Но она была не одна и потом возможно её это устраивало. Да,- разнесло, стала неряшливой, но несчастной не выглядела. Кто я чтоб давать непрошеные советы?


Зайдя в дом охуел c дубака. Казалось внутри холодней чем снаружи. Быстро поднялся на второй этаж и зашёл в тёплую, разогретую калорифером, комнату. Скинул куртку и постучался к Васе бубнившему английские слова.

Тепло прогретой крохотной комнатки, запах фруктов, орехов и ещё чего-то, иконки с дешёвыми свечами-таблетками на подоконнике и два человека сидящие на кровати занимающей практически всё пространство. Я не помню о чём мы говорили, но помню что сказал Васе о том, что буду срываться к Рожику. Тот давно звал меня к себе, говоря: Я не понимаю чего ты мозг паришь? Приезжай сюда, если там так хуёво.

Рожик работал грузчиком на фабрике спортивной одежды «SportDirect», и не парился. Дневные смены, никаких тебе холодильников и халявная работа. Серый даже поспать там между стеллажами умудрялся.

Я принял решение топая через парк. Всё, после Нового года срываюсь к Серому. Там дождусь пересдачи экзамена и потом сертификата.

-Валерка, если ты уедешь, я вернусь в Латвию, — с трогательно беззащитной откровенностью сказал Вася,- Я без тебя с этими упырями не останусь. Не переношу это место. Эту Кулину мерзкую, этих вайзеров заносчивых. Не нравится мне Англия.

Но получилось по другому. Васе пришлось вернуться на месяц раньше чем я рванул из Тетфорда.

Часть 30

Рождество пролетело в работе. Не помню его. Вообще, учитывая отставание во времени между сейчас и тогда,- мне трудно описывать события, ибо помню их уже по большей части смутно.

После Рождества уволили барсука, как я его и предупреждал. Дед пришёл в уныние, но, признаюсь я почувствовал злорадное удовлетворение. Ну что гавнюк высокомерный, кто оказался прав? 🙂 Вася тоже не расстроился и уверен, в душе почувствовал то же что и я. Барсук кипятился, возмущался, а я с трудом сдерживал довольную лыбу. Знаю не по христиански.

Ещё я сделал одну глупость, а именно зашёл на наш с Катей Ебеевский аккаунт. Она поменяла логин и пароль но я каким то образом отыскал его. На продаже стоял Айфон и держала его мужская волосатая рука…. Я увидел на заднем фоне нашу кошку. Ту кошку которую покупали в Нью-Йорке, куда летел за ней из Миннесоты несколько лет назад. Америка, Катя, Коша-леопард и…………… волосатый мужик.

Я знал что она не одна, давно почувствовал, но знать и видеть,- разные вещи. Меня это прибило но не так сильно как ожидал. На какой-то момент я подумал что пронесло, ничего страшного, меня это не подломит. Однако подломило и случилось это на работе. Я не помню даты, где-то между Рождеством и Новым Годом.

Дневная смена подходила к концу. Я шёл по проходу вяло таща за собой рохлю, настроение было никаким. Мысли о Катьке и «волосатой лапе» терзали сердце. Тяжесть этих мыслей давила, увеличиваясь с каждым часом. Да, меня не снесло, не сбило с ног как опасался, но….
Как-то смотрел на youtube видео показывающее как цунами выплеснулось на берег Таиланда. Я ожидал увидеть нереально огромную несущуюся волну как в фильмах катастрофах. Но ничего подобного не увидел. Просто вода начала быстро прибывать, затапливая пляж, вот её больше, больше. Вот потоки потекли по городским улицам чтоб спустя немного времени уровень воды поднялся на пару метров, затопив первые этажи зданий. Люди кричат, вода несёт деревянные балки, машины, домашинюю утварь и тех бедолаг кто не успел залезть на крыши.

Так и со мной. Весь день я таскал коробки, упаковки соков и прочую поебню. Сердце сжималось болезненно медленно с трудом гоняя кровь по венам и время шло бесконечно. Один ордер, другой, третий. Йогурты, хуёгурты, печенья, хуеченья,- дыхание спирает больше, больше, я уже с трудом подволакиваю ноги. На хуя мне это всё?? Всё конченно, она не одна, она с другим. Он трахает её, лижет ей, целует грудь, его конец она обхватывает горячим, мокрым ртом.

Но не это убивало, а тот факт что она шепчется с ним во тьме ночи, раскрывает ему свою душу. Шепчется прильнув горячим телом….. По хуй на секс, пусть стонет раздвинув стройные ляжки, но только пожалуйста, пожалуйста не шепчись с ним! Не делись с ним душой и сердечным теплом, я этого не вынесу!!

Я запорол бесчисленное количество косяков, Катька, я очень виноват перед тобой и перед собой, но только не шепчись с ним, прошу тебя! Я заслужил то что имею, но Боже, Катя, ты же убиваешь меня………….


Ноги налились свинцом, ладонь сжимавшая рукоять электророхли, послушно ехавшей сзади, утяжелилась на тонну и я почувствовал что нет сил сделать шаг. Затравленно оглянулся вокруг и отпустил ручку. Рохля замерла у палеты с уже не помню чем, а я прислонился головой к уходящему под потолок металлу стеллажа. Вокруг сновали пикеры, ездили погрузчики, а я пытался восстановить уходящее дыхание. Сорвал с головы шапку, облокотившись на раму стеллажа всем телом.

Минута, две, пять….. Меня знобит, я задыхаюсь не ощущая ничего кроме отчаяния и начинающей заполнять душу ненависти.

Я убъю вас, я кончу вас обоих. Я доберусь до Штатов и уничтожу вас. Ты заплатишь за всё. За бессонные ночи, за неотвеченные письма, за равнодушный похуй, за поседевшие волосы. Я уничтожу вас и буду смотреть в твои глаза когда ты будешь подыхать. Я убъю тебя тварь.


Всплыли слова Рожика: Ты кончишь их оказавшись там, Валерка. И сядешь до конца дней. Тебе надо это?

Тогда это показалось бредом, но не теперь. Сейчас я стоял прижавшись лбом к ледяному металлу мечтая об одном: Оказаться там со стволом в руке.

Я представлял, задыхаясь, как всаживаю пули в Него. Как она кидается к падающему телу, с какой ненавистью будет смотреть мне в глаза. Она умеет ненавидеть не хуже меня, это факт. В ней много силы, много любви (уже не ко мне) и много ненависти.

Я представил себе как убиваю их раз, затем другой, слегка поменяв обстановку, затем третий. Однако с каждым разом ненависти оставалось меньше и меньше, и вот уже совсем почти не осталось.

Мозг начал подавать сигналы: Это ужасно, это чудовищно, то что ты думаешь. Точнее я начал воспринимать их. Все эти пол часа, стоя между рядами я не слышал его, ненависть рисовала картины полностью контролируя душу и тело. Но рисуя, она слабела с каждым мазком.

Вот оно какое, состояние аффекта. Я вспомнил мельком Анжелику и её рассказ о пацане который грозился избить того кто подойдёт к ней. Как высокомерно я заявил ей что пацан кидающийся на невинного,- жалок и убог. Я был уверен что никогда не поступлю так. Но перенеси меня волшебная сила несколько минут назад в Катькин аппартмент, разве не залил бы я его кровью?

Ненависть ушла, но отчаяние осталось. Она делится с ним душой. Делится… Он знает её тайны… То что они спят и он трахает её, меня практически не волновало. Но то что она шепчется с ним, то что делится теплом души, это рвало на части. Я стоял в полубреду, шепча вслух: Не делай этого! Не дели с ним свою душу. Пожалуйста! Прошу тебя. Умоляю. Умоляю, Катя, не делай этого.


Голова кружилась, меня тошнило, я стоял прижавшись лбом к железной перегородке понимая что ещё чуть-чуть и сойду с ума, внутри было такое ощущение что нахожусь на грани того чтоб заклинило какой-то шурупчик в голове, шурупчик без которого психика сломается и прежним уже не буду. Затем мысли куда-то ушли и я просто стоял не меняя позы. Стоял и стоял не шевелясь.

Люди носились стараясь собрать как можно больше товара, и дело было не только в вожделённых контрактах, просто предновогоднее настроение наполняло их энергией, заставляя летать между стеллажами из ряда в ряд. Быстро сноровито, как пчёлы у цветка, кружились они по складу, накидывая коробки с печеньями, сырами и шоколадом. А я выпал из этой реальности, медленно вращаясь в тёмной пустоте.

Потихоньку начал приходить в себя, удивляясь что никто не подошёл спросить в чём дело. За то время что работал, не разу не видел чтоб кто-то «заморозился» подобным образом хоть на пять минут, а я простоял более сорока. Из колонок раздался жужащий звук, оповещающий о конце смены и отлепившись от стойки, я двинулся по проходу. Если кто-то просмотрит сколько сделал за последний час,- меня вызовут на ковёр или уволят, так как не было собранно ничего. Да и по хуй. Какая теперь на хрен разница.

Однако тоненький голосок внутри, тихо но назойливо пищал что это пройдёт и мне станет не по хуй, что работа нужна. Он говорил что как бы не было, нельзя оставаться без работы не имея чёткого плана. А плана не было, я потерял ориентир, понимая что мне больше не нужна не Америка не вообще что-бы то ни было.

Уже тогда я понял что из идеи фикс, Америка станет просто планом, который изберу за неимением никакого другого. Должна быть цель в пустой и никчёмной жизни Валерки Рогозина, так пусть ей остаётся Америка.


Дома я рассказал Васе о том что узнал.

-Тебе всё равно надо добраться до неё! Мало ли кто это такой!-сказал он, мой неумеющий слушать, седовласый друг уехавший дoмой хоронить отца через несколько дней после этого разговора. Смешной и нелепый но кристально честный Вася, которого я полюбил вопреки несхожести наших характеров и который убил бы меня, прочти всё то, что здесь о нём написанно.

Я не знаю кто это, точнее чья рука держала Айфон на той фотографии. Но, подозреваю с огромнейшей доли вероятности, что это была рука её мужа, ведь на тот момент Катя была замужем уже полгода. Однако узнал я об этом лишь полтора года спустя в Июне 2014-го. Она написала мне коротенькое, скупое письмо, да и то в ответ на моё. И это единственная весточка от неё за всё то время что прошло после описываемых здесь событий.

P.S.
Я до сих пор одинок и засыпаю один. Катя снится мне в среднем раз в неделю и просыпаясь, какое-то время лежу закрым лицо ладонями, ведь во сне каким-то неведомым образом, возвращаются те чувства, что бушевали в сердце не так давно. Видит Бог, я по прежнему люблю её и рядом нет никого кто мог бы заменить («ты будешь до конца своих дней жалеть что не ценил меня, ведь никто и никогда не будет любить тебя так как как люблю я».)

Было пару вариантов отношений (одна девочка даже ушла от жениха, который в принципе был конченным мудаком, так что я в какой-то степени спас её) но всё не то.

Я не знаю и не хочу знать как и где Катя сейчас. Надеюсь что вернусь в Англию раньше чем увижу её случайно где-то в Риге (если ей вздумается прилететь навестить родителей), так как это может закончиться сердечным приступом, а сердце мне нужно здоровым, ведь ещё не пересёк на велике Южную и Центральную Америку. Да и любовь. Вопреки Катиным словам мне хочется верить что я встречу её и дам той девочке всё то, что не смог дать в своё время ей.

Ах, да, я сейчас в Риге. Сдал здесь на права категории Б и А (это тут кстати не в пример сложнее чем в России), так что могу теперь взять себе чоппер в Англии. Но вот беда в том, что чопперы меня перестали интересовать после того как сел на спортбайк и всю вторую половину лета откатал на Ямахе Р1, летая по трассе со скоростью 260км/час. Так иногда бывает. Мы идём к мечте, а подойдя вплотную, вдруг понимаем что хотим на самом деле совсем другого. Я не отказываюсь от чоппера, но он для Америки и для той что сядет сзади, обхватив ногами.

Сдал ли я на сертификат охранника? Добрался ли до Лондона?

Ребята, я могу сейчас пойти двумя путями в повествовании. Могу продолжить так же подробно как в предыдущих частях рассказать о дальнейшей жизни вплоть до сегодняшнего дня, или могу сократить инфу, подведя к 20015-му за несколько частей. Вам решать.

Признаюсь, не раз хотелось кинуть на фиг эти истории, коротко рассказав где я сейчас и как, но упрямство не давало бросить всё на полпути. И вы, ваши комментарии и письма были основным двигателем. Не на все из них я ответил, простите и не принимайте на личный счёт. Но все с глубочайшим интересом и благодарностью прочитал.

Часть 31

Я отработал следующий день, и следующий.

Каким-то непонятным образом сново настроился на позитивную волну, и с тошнотой вспоминал приступ неконтролируемой ненависти, испытанный по отношению к Кате и «волосатой лапе» пару дней назад.

Один из читателей написал, прочтя предыдущую часть, что слова написанные там, можно вполне расценивать как угрозу и оказаться в суде. Какой суд, господи? За что? За то что два года назад, представлял себе как пристрелил бы их окажись, рядом? Это было так давно и длилось в течении получаса. Просто короткое затмение разума. Тех чувств давно уже нет. С тем же успехом можно завести дело на взрослого мужчину, который будучи мальчишкой, сказал что застрелит училку, несправедливо поставившую двойку в аттестат. Ребята, я здесь описываю прошлое, не забывайте об этом.

-А что было бы, если бы ты увидел её сейчас, Валерка? Сегодня, в наши дни? — спросите вы. Не знаю ребята. Может быть холодно кивнул бы и прошёл мимо, а может вообще сделал вид что мы не знакомы (у меня тоже накопилось много обид). А возможно кивнул бы её мужу, сказал бы ей что рад видеть, и кинув пару нелепых шуток про погоду и природу, удалился восвояси чувствуя себя нелепым ослом (это пожалуй самый позорный вариант). Но независимо от того как получилось бы, эта встреча не принесла бы мне ничего кроме боли. Я не показал бы чувств, но мне кажется вполне вероятным, что зайдя за угол, просто свалился бы с сердечным приступом. Я абсолютно серьёзно. Мне кажется оно бы лопнуло. Поэтому мне лучше избегать её, как оленёнку встречи с автомобилем.

Поскольку упоминание о Кате слишком часто появляется на страницах журнала, я хочу сказать ещё пару слов чтоб не возвращаться больше к этой теме. Она табу для обсуждения и я искренне благодарен вам, что в своих письмах не поднимаете её. Катя может показаться вам плохой, злой. Это не так. Она в общем и целом добрый, хороший и очень честный человек, хотя и не без тараканов, но кто из нас идеален? Уж точно не я, сделавший в своей жизни достаточно вещей, память о которых, словно рюкзак с камнями, иногда подламываeт ноги. Я так хочу скинуть его с плеч, и кто, знает, может когда-нибудь и получится.

Опять же, я не знаю какова она сейчас, вполне возможно что последние пять лет её сильно изменили, но признаться честно, я и не хочу знать. Ни где она, ни что она, ни кто она.

Избавиться бы ещё от этих снов. В них мы сново вместе, и просыпаясь…….
Наверно подобное чувствует человек, только что бежавший по залитому солнцем, лугу. Но вдруг клацанье замка выбивает его из сна, и открыв глаза он видит серый потолок и жалкий, хилый, тусклый свет лампочки, освещающeй тюремную камеру.

Однако я надеюсь что сны тоже пройдут. Ведь, как сказанно в Эклизиасте, всё проходит. Hе так ли?

Ладно, к делу:
Мы с Васей отработали 31-ое Декабря и должны были выйти на дневную смену первого за двойную плату. Мой водитель Славка отказался от этой смены, ибо какой Новый Год без бухача, и какая работа с поха? Но я договорился с другим парнем который должен был с утра заехать за мной.

Вечером зашёл к сенсею в комнату.

-Давай выпьем Вася!

-Нет, я не хочу,- упёрся ниндзя. Но мне было так важно выпить ровно в двенадцать, ибо боялся что если не сделаем этого, то год будет дерьмовым. Так важно что уговорил упрямца пригубить шампанского, купленного мной загодя.

Признаюсь, год Змеи как-то не внушал надежд. И хоть я и написал в одном из постов что очень люблю змей (что кстати, правда, хотя слово ОЧЕНЬ осталось в детстве когда мечтал стать змееловом) тем не менее год под этим знаком, меня ну никак не воодушевлял, хотя и старался настроиться позитивно. Ровно в полночь мы чoкнулись и я выдудлил шампанское чтоб спустя десять минут уйти в кровать. Можно было посидеть, поболтать, праздник же, но подъём в пять утра отбивал желание трещать ни о чём.

Вообще подъёмы давались мне с трудом, меня тошнило, мутило, я ничего не соображал ненавидя эту работу и тот уровень реальности на котором оказался. Постойте я сказал давались с трудом? Блядь, да я просто охуевал каждое утро.

Всё было и так тяжело, а после того как узнал про Катьку…. Хм……. В процессе работы, набравшись кофе, я вытягивал настроение за уши, мне удавалось обмануть себя, сказать что по хуй, что скоро я уеду к Рожику, будет боксёрский зал, будет халявная работа, я пересдам чёртов сертификат и Лондон улыбнётся мне. А там Америка. Не будет Кати, но будет Флорида и дороги Юты, будет Харлей и я встречу любовь. К тому времени многое изменится и я изменюсь. И буду готов кого-то полюбить. И я покажу ей горы и голубые озёра, я научу её нырять любуясь сквозь стекло маски подводным миром в прозрачной воде Ки Веста.


В 5 утра первого Января две тысячи тринадцатого, я встал с матраса проснувшись по будильнику. Вслепую натянул грязные рабочие шмутки, толстые носки, строительные буцы и шатаясь зашёл в ванную. Дубак в доме стоял адский, температура соответствовала уличной, с той лишь разницей что не было ветра. Вася уже заканчивал разминку, глянув в окно, я увидел, как стоя на заднем дворе, он быстро и резко выкинул уширку в верхний уровень (Ушира,- удар ногой в карате и кик-боксе).

Я вспомнил как меня отучали в секции кика, (куда попал самоучкой, сразу в лучшую Латвийскую команду) от уширок и ёк в голову (так как от них легко уйти) заставляя бить эти удары в корпус. Ёки у меня получались великолепные, практически невидимые для противников. Не один и не два из них, бросаясь в атаку без подготовки, испытали на себе каково это, наткнуться на молниеносно вылетевшую под рёбра ёку, сбивающую дыхание и останавливающую атаку.

Впрочем до Юры Томковича или Вадьки Гаврилова моим ногам всегда было далеко. Они были виртуозами в этом деле, не зря Юрка шутя брал золото на чемпионатах Латвии по карате. Именно уширкой с разворота Вадик в далёком две тысячи четвёртом, будучи молодым пацаном, завалил маститого ирландца впервые выступая по профи в переполненном зрителями зале спортивного манежа.

Спустившись в кухню я понял, что дубак наверху был ещё не дубаком, а прелюдией к нему. В принципе сей факт я открывал для себя каждый раз как впервые, учитывая утреннюю заторможенность. Всё таки тёплый воздух как-то просачивался из наших комнатушек в коридор. Здесь же был полный пиздец. Включив электрочайник, достал с полки банан, но он, сука, был такой холодный что не решился есть. Вскоре вода вскипела и сварганив кружку чая, принялся греть о неё руки, маленькими глоточками потягивая кипяток. Спустился Вася, уже в светоотражательной жёлтой жилетке. Мы вяло чём-то говорили, дожидаясь машин. Около 6:10 за ним заехали.

-Что-то твоего нет. Может айда с нами?

-Не, Вась. Некрасиво получится. Он просто запаздывает.

Но на всякий случай я набрал номер. Гудки следовали один за другим, но трубку не снимали. Блин. Нехорошее предчувствие зашевелилось внутри. Может и правда с Васей поехать? У них место есть. Блин, но я обещал парню,- он поедет за мной. Некрасиво. Пока я лунил Вася уехал. Сново набрал упыря. Не снимает… Я сидел до половины седьмого, до сорока минут, затем пошёл в кровать.

Вот сука. Распиздяйство малолетнего долбоёба обошлось мне в каких 140 фунтов. А деньги так нужны сейчас! Я же так намучался просыпаясь, да и вчера, в Новый Год не посидали с Васей, рано спать пошёл…. Вот мудак, неконкретный.

Вечером приехал довольный Вася.

-Завтра возьму выходной, достало без отдыха работать,- сказал он и я ощутил жабу. Бля, а мне надо будет ехать работать, причём не за двойную, а за простую зарплату. 🙁
Ещё раз набрал закосячившего упыря, но трубку никто не снимал. И я разозлился. Сука, что за необязательные люди! Он же знал что я его жду, знал что подвёл и даже не позвонил извиниться. Я бы на гавно от стыда изошёлся, а ему реально по хуй. Кто-там звонит? А, этот….. Хм, наверно недоволен. Ай, пошёл он, не буду снимать трубу, всё равно он не в моей смене работает, хрен знает когда ещё пересечёмся…..

Но случилось так что упыря я увидел уже следующим вечером. Народу было мало,- многие укатили на праздники по домам, взяв отпуска. Часть останется на родине, не в силах сново покинуть её, уехав обратно в чуждую страну. Но большинство вернётся, проебав на родине за месяц в клубах, барах, со стрёмными девками и в аппараты годовые накопления. Вернётся у будет хуярить без передыху отрабатывая долги, стараясь вернуть потерянное. Чтобы в следующем году всё повторилось.

Смена прошла..хм…. да я не помню как она прошла. Хотелось написать смена прошла тихо и спокойно, но поймал себя на мысли что я вообще не помню её. Так зачем припёздывать? Хотя, для складности повествования почему нет? Это же не будет конкретной ложью, как вы считаете?

Вот например я не помню когда именно поговорил с Андрюхой, в этот день или какой другой, но пусть будет в этот.

Прошло много времени, я не могу вырисовать вам точно каждую веточку, каждый листочек, но если одно дерево будет стоять не там а здесь, если вместо красноватого оттенка, его листья, тронутые красками осени, будут жёлтыми, в то время как рядом стоящее дерево изображу с красноватыми, это не сильно изменит пейзаж и вы получите общую картину леса, не так-ли?

Значит пусть будет этот день.
Андрюха, увидев меня, поинтересовался где Вася и сново завёл свою шарманку про старика, который злой, который хочет женщину, который слишком много медитирует и ананирует свой старый седой член. Я заметил что шутки его уже не смешны и откровенно злы, это ударило по ушам и спросил: Почему ты так не любишь Васю?

-Как не люблю? Я нормально к нему отношусь.

-Нет, Андрюха, ты зло шутишь. Я же вижу.

-Да нормально я шучу. Просто прикалываюсь. Кстати, Валера, ты не мог бы мне одолжить двадцать фунтов? Я тебе отдам через неделю.

-Двадцать?

-Да. Ты же меня знаешь, за мной не заржавеет.

Говоря откровенно я не знал и знать не мог, так как никогда никаких дел с Андрюхой не имел.

Часть 32

Денег Андрюхе я не дал и чуть позже понял что сделал правильно.

Смена закончилась. Сдав ган с ключами от рохли, я шёл по ангару вдоль очереди, состоящей из бедолаг только что пришедших на смену. И среди них увидел молодого косячника, запоровшего вчерашний день.

-Почему ты не подъехал?

-Ну…. не смог.

-Ну мы же договорились. Я расчитывал. Ты пообещал. Я встал рано, сидел, дожидался тебя. Деньги потерял.

-Надо было в ночную поехать,- равнодушно ответил он.

-Дерьма ты кусок,- с этими словами я натянул ему шапку на нос, и ушёл.

По дороге домой, болтая со Славкой, сказал что Андрюха спрашивал денег.

-Не вздумай давать, он всем должен.

-Как всем?

-Как как? Так. Мне должен, Юрке должен, да до фига кому. Пол Кулины ему долгануло. Бабло одалживает и не фига не отдаёт. Чую скоро морду бить ему будут. Ты в какой реальности живёшь, Валерка? Все об этом уже знают.

Дома качнул с Васей эту тему.

-Он мне полтинник должен. Достал уже. Я как напомнил, так перестал со мной общаться. Да и на фиг его. Сдался мне он, нах. Пусть только деньги отдаст.

-Вась, он половине Кулины должен. По крайней мере мне так Славка сказал сегодня.

-Да ладно!-Услышав это я понял что не один живу в нарисованном мире 🙂

-А как давно ты ему одолжил, Вася?

Он ответил. Cопоставив сроки, я прикинул что как раз в то время когда он напомнил Андрею про долг,- тот начал засирать Васю за спиной. И это возмутило. Вот гандон какой!

-Вася, он не очень хорошо прикалывается над тобой за спиной.

-Да? А что он говорит?

-Ну…. знаешь, ну то что ты дрочишь много, так как медитируешь, что злой потому что девки нет и так далее.

-Да он это по доброму…-недоверчиво сказал сенсей.

-Да нет, не сказал бы. Ну, мы же с тобой ссорились, и я тоже мог поржать над тобой если честно.

-На тебя я не обижаюсь, ты добрый парень, Валерка, я тебя знаю. А он что очень злобно шутил?

Я вдруг понял что заплетается интрига и плетёт её ни кто другой, как я. Всё что мне хотелось, так это чтоб Вася знал что Андрюха не тот человек с которым стоит общаться, однако по появившемуся в Васиных глазах блеску, понял что лучше было держать рот на замке.

-Да не, ты знаешь, я подумал, не злобно.

-Так ты только сказал….

-Не Вась, я это…  ну…. да нормально всё. Пошутил, с кем не бывает.- я глупо хихикнул, судорожно надкусывая банан, проклиная свой длинный язык.

-Ну я ему сделаю!! Получит он у меня!- рассверипел сенсей и банан застрял у меня в горле.

-Вот свинья! Я ему денег дал, выручил его. Он обещал отдать уже давным давно. Один раз напомнил и всё, обидел видите ли. То-то он со мной так хамски разговаривает, когда по работе пересекаемся! Ну я ему покажу! Засажу мавашку в голову, упырю! Всё, получит он у меня!

-Не, Вась, да по фиг! Ну подумаешь пошутил..

-Он давно хамить начал, но я всё внимания не обращал. Думал: Hу устал человек! Всё, я ему разобью голову!

-Вася… блин…. слушай…. но ведь получается что я заплёл интригу! Это ужасно!! Подумай как я себя чувствую!

-А что, ты должн был молчать? Oн меня оскорбляет!

-Да он же так…. шутя……:) Ну, я ему сам скажу если он ещё пошутит. Обещаю. Только пожалиуйста, не делай ничего! Проблемы будут! Уволят! На фиг это надо!

-Ладно! Но если он мне ещё раз что-то хамски скажет, я ему башку снесу!!

Засыпал этой ночью я чувствуя себя крысой и интриганом.

Спустя день или два, наступила развязка. Всё началось с того что ко мне прибежал Андрюха. Я как раз боролся с искушением схавать кусочек сыра, выпавший из давно загруженной упаковки. Жрать хотелось жуть, и мятый, запакованный в фольгу кусочек Президента (название сыра) манил меня не слабже чем Рокфора из мультика про спасателей. Я даже в детстве не понимал этого долбоебического толстяка, ибо на его месте моей страстью была бы аппетитная попка Гаечки, а не кусок вонючего сыра. Однако годы спустя, будучи тридцатишести лет от роду, понял старого извращенца. Сыр тоже может быть страстью. О да!

-Он же никому не нужен! Его выкинут! Спаси его! Не дай пропасть зря! Схавай! Он такой, сука, вкусный! Давай не тормози!!- шептал голос чертёнка.

-Не будь долбоёбом! запалишься! Выкинут!! Смотри сколько народа вокруг!- возражал ему рассудок.

-Жри сыр, тряпка! Ты сцыкло и даже сыра скушать не можешь! Взял и сожрал! Докажи что ты мужик! Ну же! Поймают, поедешь к Рожику.- не унимался чертёнок.- Давай сожрём его вместе! 🙂

-Валера!- голос подошедшего сзади Андрюхи чуть не заставил меня подскочить на месте.

-Блин, Андрей! Ты что по воздуху пришёл?

-Слушай, ты Васе ничего не говорил?

-Я?

-Ну там… по поводу шуток моих или ещё чего? Просто он будто озверел.

-В плане?

-Ну ты ему ничего не говорил?

-Нет,-ответил я, чувствуя как кровь прилила к ушам.

-Наорал на меня. Схватил сказал что после работы разобьёт мне голову. Что делать, Валерка??

— А с чего он?

-Да он проход перегородил, я попросил чтоб подвинулся. Нормально сказал. А он как с ума сошёл.

-Ладно, Андрюха, я пробью что там и как.

-Валер, только успокой его. Я извинился, сказал что не хотел его обидеть, но он реально ёбнутый. То есть нет, Вася отличный человек и я очень уважаю!- тут же залепетал он, понимая что возможно, мне не стоит доверять,- Я имел ввиду что он на взводе. Ты же знаешь как я его уважаю.

Я поверить не мог что Вася настолько испугал Андрея, на том буквально не было лица. И в глубине сознания (не так чтоб очень уж глубоко) мне это нравилось. Пообещав постараться всё уладить, и забив на сыр (Украдут! Спиздят! Вернёмся, его уже не будет!! Нет, нет!! Стой!!- причитал чертёнок ) понёсся в йогуртовый отдел где загружал свою телегу Вася. Однако по дороге решил замотать паллету и поставить на площадке, закрыв ордер. Пока делал это, пока искал свободное место в ряду- ко мне подошёл Юрка,-друг Славки водителя,-весьма приятный, дружелюбный мужик, ростом под два метра.

-Ты видел что Вася натворил? В курсе уже?

-Что?-я представил Васю стоящим над повержнным трупом Андрюхи, в череп которого был воткнут самурайский меч.

-Как, ты не знаешь?

-Блин, Юра, говори же!!- мне стало реально стрёмно.

-Он схватил Андрюху и затряс. Сказал что после работы закопает его.

-Ах это…

-Что это? А что ты думал?

-Нет, ничего. Много народа видело?

-Да все видели! Он орал на весь склад. Андрей ходит как привидение,- хохотнул он.

Так получилось что Васю я нашёл лишь спустя час в столовке. Он гордо воосседал за столом, заваленным орехами, бананами, и стеблями сельдерея. Видимо перед решающей битвой, самурай решил изрядно подкрепиться.

-Это хамло у меня сегодня получит, нах- жуя сельдерей прочавкал Василий.

-Вася, ты же обещал мне!

-Валерка, он мне нахамил!

-Да?

-Конечно! Упырь мерзкий!-эта фраза не могла не улыбнуть меня. Слово упырь,- прочно вошло в Васин обиход.

-Я набирал йогурты, когда этот чёрт подошёл и нахамил.

-А что он сказал?

-Чё так стал, ты здесь не один, или что-то в этом роде. Славка был рядом, спроси его. Ну ничего, он у меня получит сегодня.- и Вася сново с хрустом впился в палку сельдерея.

Я думаю из всех дней, прожитых Андрюхой на планете Земля, этот был самый длинный. В течении дня, он ещё трижды подходил ко мне, прося утихомирить Васю. Мало того, он подошёл к сенсею и попросил прощения за то что нагрубил ему, на что получил короткий ответ: Поговорим после работы. Разомни нос и уши.

Когда стемнело и на вайзерских компах вывесили рейтинг, я увидел Андрюху далеко внизу списка. Ебать, да он собрал меньше меня!! И это при том что обычно его рейтинг лучше в разы. Мне не было жаль его, так как сам в душе был переполнен возмущением. Вася подробно рассказал как Андрей перестал с ним общаться, начав хамить при каждом удобном случае после того как напомнил о долге, сказав что так поступать некрасиво. Но я то понимал что сработал катализатором, кинув спичку на бочку с порохом. Понимал ли что поступил некрасиво? О да. И сейчас, когда пишу это, мне стыдно. Так стыдно что подумываю о том чтоб удалить это всё на хрен. Но, если вы читаете это, значит я таки запостил историю.

Вечером, закончив смену, стоя в очереди на сдачу гана, увидел быстро шагающего в сторону столовки Андрюху. Видно парень решил смыться пока Вася не появился на улице. Каким образом ниндзе удалось нагнать такой страх? Ну почему меня так никто не боится? 🙁

Скинув ган и переодевшись, я вышел на улицу, увидев на стоянке группку людей и две фигуры в небольшом отдалении. Вася держал Андрюху (который был явно крупней первого, хоть и ниже ростом) за шкирку как нагадившего кошака.

Часть 33

Кучкой народа оказались мой водитель Славка, Вовка-борода, водитель Васи и ещё несколько человек.

-Пойдём,- пытался тащить Андрюху за загривок, Вася.

-Никуда я не пойду.

-Пойдём махаться!

-Я не буду!!

Андрюха напоминал какого-то полутролля-полугнома. Ссутулив плечи, низко опустив голову,-он казалось врос в землю  и Вася ничего не мог с этим поделать.

-Идём на холм махаться! Ну же!

-Не пойду!!- и Андрей с такой силой скинул Васину руку с плеча, что того аж развернуло. Я подумал что захоти он вмочить Васе, тот мог бы рассыпаться. То ли от стресса, то ли от природы,- но силы у Андрюхи было столько что на месте Васи я бы насторожился.

-Идём сказал!-и сенсей лупанул Андрею корявый лоу-кик (удар голенью по бедру).

-Идём!- ударил сново.

-Отстань от меня! Не пойду!- прорычал мрачный троль и сново скинул Васину руку, отлетевшую в сторону как сухая ветка.

-Ух же какой! Я сказал идём!-и Вася схватил Андрюху  двумя руками, став фронтально, что оказалось огромной ошибкой.

-Нет!- и полутроль полугном толкнул ниндзю с такой силой что он yлетел. Поскольку ноги Васи стояли, на одной линии, он завалился назад потеряв равновесие и cделав пару неуклюжих шагов, позорно грохнулся на спину, чуть не дотянув затылком до бордюра. Я прыснул смехом вопреки своей воле, (ибо выглядело это нереально смешно), тут же хрюкнув: Прости, Вася!- понимая , что возможно, прощение не прийдёт никогда.

Андрюха, осознав что натворил, понимая что бог единоборств теперь разорвёт его на части, обречённо стоял, опустив голову, в ожидании возмездия. Вася поднялся на ноги и двинулся к нему когда кто-то закричал: Охрана!

Все быстро сели по машинам и вот мы уже выезжаем со стоянки. Я вспомнил только что произошедшее падение и рахохотался. Остальные, сидевшие в машине были серьёзными как геморрой и на их лицах было не больше веселья чем у висельника поднимающегося на эшафот. А меня пробрало, я ржал привалившись лбом к спинке водительского сиденья.

Hе помню кто сидел рядом. Вроде Дэнчик. Спереди Вовка-борода? Не важно. Они искоса смотрели на меня как на злого демона и задыхаясь смехом я ощутил как презираю их.

Жирноватые упыри. Вы осуждаете меня за мой смех…. Но я видел столько драк что вам не снилось. Люди, лежащие на асфальте, закатив глаза, разбрызгивая кровь пытающиеся подняться с земли, рассечённые кровоточащие головы… Что мне эта жалкая комедия?

Дома, подогрев хавку и засев в Васиной каморе, попросил у него прощения за свой смех.

-Вася, блин, не обижайся, но….. ты так ржачно завалился на спину, что я не смог удержаться.- и сново хихикнул вспомнив произошедшее.

-Да я сам виноват, и зачем надо было всё это устраивать……. Столько лет, а веду себя как мальчишка,- простодушно ответил он. И мне захотелось обнять старика, я почувствовал как душа переполнилась теплом по отношению к сварливому, гордому упрямцу. Чувство сродни любви заискрилось в сердце.

Какими бы разными мы не были, но мы оба белые вороны, оба одиноки в толпе. Я научился приспосабливаться, шутить, смешить, а Вася нет. Он бросался в глаза кажущейся замкнутостью и неприветливостью. Но за ней было одиночество человека потерявшего любовь, пытающегося спастись в медитациях и молитвах. Пусть не умён, пусть упрям, но он искренне хотел развиться, стать лучше, достигнуть просветления.

Кто из них, работающих со мной бок о бок, мечтал об этом? Что их интересовало кроме машин, домов, жён, бухла, и поездок в Грецию? Имея души лавочников, разве могли они понять гордого, всё потерявшего старика, нелепо читающего молитвы закрывшись в ванной комнате? Разве могли оценить его стремление к совершенствованию?

Да, он сварлив, упрям и временами невыносим, НО он видит звёзды или по крайней мере очень старается увидеть и это перевешивало в моих глазах его недостатки и поднимало на ступень выше всех тех с кем вместе таскали коробки на складе.

-Вася, я не намного лучше Aндрюхи, я тоже мог приколоться по поводу тебя когда мы ссорились.

-Валерка, я знаю. Но ты свой пацан, ты боксёр, боец, нах. У тебя добрая душа, я это вижу.


На следующий день Андрюха сново подошёл к Васе просить прощения и сенсей простил его. С тех пор я с ним лишь здоровался избегая общаться, так как перестал уважать.  Спустя какое-то время Андрей не вышел на смену. Дэмиан, наш директор, сказал что он уволился забрав отпускные. Tак и остался должен кучу денег разным людям и, подозреваю, никогда не отдал их.

Как уже писал, не помню точно когда именно произошли эти события. Через день после Нового Года? Неделю? Это стёрлось из памяти.


-Завтра я улетаю домой,- сказал Вася одним вечером, когда, придя со смены, заглянул в его келью.- Отец умер. Надо хоронить.

Отношения у них были весьма непростые, по Васиным рассказам тот был феноменально вспыльчивым, но конечно-же сенсей любил его, пусть и не безумной любовью.

Я не помню в точности о чём говорили тем вечером. Наверно я выразил соболезнования, и наверно он ответил что-то подобающее случаю. Мы обсудили что Вася будет делать дальше. Отец жил в доме с женой (Васиной мамой) и теперь, оставшись одна, она могла иссохнуться от тоски. Вася сказал что поживёт какое-то время с ней, затем переселит туда дочку со внучкой, чтоб жили со старухой вместе.

Дочери Васи было тридцать лет, она была весьма хороша собой, правильно питалась (вегетарианка) следила за внешностью и выглядела на двадцать пять. Вот только уже бог знает сколько сидела дома, живя на подачки от Васи и стариков. По Васиным рассказам я вывел картину доброй, ленивой и судя по всему не очень умной раздолбайки.

Сенсей кстати отпахал первые месяцы в Англии чтоб накопить деньги ей на операцию (были кое какие проблемы со здоровьем) и теперь, когда она полностью восстановилась, хотел чтоб поскорее устроилась куда нибудь работать. Девчонка же не торопилась, что его порядком раздражало.

Oтрадой для старого ниндзи была внучка. Симпатичная десятилетняя мелкая была отличницей в школе и, как сенсей не раз говорил,- настоящим другом.
-Она так умна, Валерка! Не по годам. Очень развита духовно! Ты не представляешь как с ней интересно беседовать! Я отношусь к ней как к равной! Вижу в ней личность!- светлея лицом говорил он не раз.

Мы сидели на кровати, как сидели много раз до этого, но сейчас всё было по другому. Я понимал что завтра он уедет и мы больше скорее всего не увидимся.
-Сейчас принесу фотик, мы должны сфоткаться!- сказал я.

Вернувшись в свою комнату и выйдя оттуда с фотиком, завис в тёмном, ледяном коридоре. В сердце забилась мысль, забилась отчаянно, как маленькая птичка о прутья клетки: Я остаюсь один.

И только сейчас понял, как привязался к старику. Несмотря на ссоры, несмотря на его строптивейший характер, несмотря на то что он не умён. Но в нём был свет, свет которого не замечал в большинстве людей. И мы похожи,- оба были мальчишками в телах взрослых людей, во многих вопросах мы были наивнее некоторых двадцатилетних работавших бок о бок с нами.

Он упакует вещи, положит в сумку подаренную мной на днюху, так полюбившуюся ему белую спортивную кофту, и уедет обратно в Латвию.

И вдруг почувствовал боль в сердце, дыхание спёрло и….. что за бред,- глаза увлажнились. Соберись! Ты что?!

Сам не заметил как успел привязаться к Васе. Мой единственный друг, нелепый долговязый старик с душой мальчишки,- уезжает. Мы больше не будем сплетничать, обсуждая разных упырей, вайзеров, не будем делится мечтами. Он больше не скажет что я должен вернуться к Кате, не позовёт с собой на тренировку, я больше не буду грызть орехи и подкрепляться бананами сидя в этой крохотной комнатушке. Ничего этого не будет. А будет пустой, тёмный, холодный дом и одиночество.

Фотка что сделал тем вечером, пропала на старом диске лаптопа, который «крякнулся» спустя пару месяцев. Пропала с кучей других.
На них был вокзал и стоящие в тумане люди, были дома сложенные из интересных камней, напоминающих кремний, были костёлы, солнце и залитые им газончики, были пшеничные поля, был Лондон, была «Кулина», были заснятые за работой пикеры. Там было много чего, но не одну из них мне не жалко так, как ту на которой запечатлены два обнявшихся за плечи человека, сидящих на узенькой кровати. Оба торжественно серьёзны как на семейном портрете снятом в фотоателье.

Того что помоложе вы хорошо знаете.
Второй мужчина седой и сухощавый. На нём красные древние, «дутые» спортивки и белая кофта, y него голубые глаза и усталое лицо. Он ершист, упрям, но при этом очень наивен. Его легко обмануть и я искренне вижу в этом плюс, ибо наивные люди чище душой.

На следующий день Вася с Барсуком (потеряв работу тот не видел смысла оставаться в Англии) улетели, и больше я его не видел.

Сейчас он в покрытой горами и лесами северной стране, которая нравится ему несравненно больше чем Англия, кою вспоминает с неприязнью. Сэнсей плетёт рыболовные сети, хорошо зарабатывает и медитирует вдыхая чистый горных воздух, пропитанный легендами о троллях, некоторые из которых, сoгласно сказаниям, превратлись в скалистые утёсы нависающие над беспокойным морем. Страна, как вы догадались, называется Норвегией.

-Тут совсем по другому, Валера- говорил он по телефону несколько месяцев назад,- люди добрые, приятные, не то что заносчивые англичане. Никто не давит, работаешь себе и работаешь. И ребята окружают приятные, не то что упыри с которыми таскали коробки на Кулине. Приезжай! Что нибудь придумаем с работой!

Но я отказался. Ведь ещё не стал фотографом и не укоренился в Лондоне. А это было целью,- одной из ступеней к Америке. К той самой Америке где штат Юта и солончаковая пустынная пустошь с красноватыми скалами на заднем плане, где кусты перекати-поля, гонимые ветром, пересекают асфальтовую полосу, где живут кайоты и один обязательно будет поблизости, когда промчимся мимо на Харлее.

Верю ли в это? О да. Иначе всё лишено смысла.

Да и потом Башня….
Она стоит там, на  поле из роз. Или…….  может быть это маки?

Часть 34

Итак я остался один. Приходя с работы, залазил в инет, открывал youporn  или redtube и «передёрнув затвор», залазил под душ.

Бойлер жрал электричество как сумасшедший и обходился в копеечку, но мне было всё равно. Дрочка, душ и английский были лекарством. «Кончив», не хотел физической близости, и «одним булыжником в рюкзаке» становилось меньше.

Душ тоже расслаблял, я тупо сидел в заполненной паром ванной, иногда улетая к Американскому континенту и Катьке. Думал о том как она бы отреагировала, появись я на пороге. Представлял в мельчайших деталях как обнял бы и что сказал, что она бы ответила.

Со стороны это наверняка смотрелось весьма странно, ведь давая волю фантазии, говорил вслух — этакий спектакль одного актёра сидящего с голой жопой среди клубов пара, скрывающих уродство заплесневелой ванной комнаты.

Наконец-то пришёл результат экзамена. Я его завалил. Это не удивило и не расстроило, так как знал об этом с самого начала.

  Признаюсь, не помню как долго после Васиного отъезда работал на Кулине.  Две недели? Три? Ведь даже не помню когда именно он уехал.

Я вяло передвигался по гигантскому складу, работая кое как, чувствуя себя совершенно опустошённым. Люди работавшие здесь годами, казались пришельцами из других миров. Хотя скорее таковым был именно я. Рожик сказал, что лучше пока не ехать к нему, а дождаться когда «SportDirect» (фабрика где он работал) будет набирать массово людей, и тогда срываться, чтоб «перепрыгнуть» на новое место сразу, не тратя время и деньги на сидение в ожидании вакансий.

-У нас сегодня куча новеньких,-сказал он как-то.- В принципе можешь приезжать, хотя лучше дождаться весны, тогда стабильно будет большой набор.

Мысль о том чтоб проработать на Кулине ещё месяц вызвала приступ паники. Каждый день казался бесконечным. Я пытался думать о том как хуёво в сравнении со складом на куриной фабрике, но это уже не помогало. Да и опостылевший Тетфорд больше видеть не мог. Я изжил себя здесь. Или правильнее сказать это место изжило себя для меня?

Решил что работаю последнюю неделю и срываюсь к Серому. Это наполнило силами, депрессия с тоской отошли в тень, спрятались за угол. Но я знал что они рядом. Наблюдают, ждут когда солнце зайдёт за тучи.

Как-то, придя домой, увидел несколько полицейских автомобилей. Из многих домов повыходили люди и стоя на порогах, наблюдали как полицейские вели носатого, похожего на мрачную, худую крысу, Тюху — держа его сзади за руки. В стороне стояли Марк, Дэнчик, Вовка-Борода. На мой вопрос они ответили что Тюха получил пизды в одном из барчиков, и непонятно зачем, взяв большой кухонный нож, пошёл в город. Добропорядочные граждане сразу позвонили в участок, сказав что непонятный, пьяный тип ходит по улицам с ножом. Как мусора узнали где Тюха живёт,- загадка, но не найдя возмутителя порядка в городке, они приехали по адресу и свинтили его.

Спустя месяц или сколько, Тюха был депортирован обратно в Латвию. В случае возвращения в Англию, его ожидала тюрьма.

Мы с Марком пошли в город. Я наслаждался свежим воздухом и мыслью что скоро свалю. Две школьницы, лет четырнадцати, шли навстречу. В пальтишках, белых рубашечках и милых галстучках, они смотрелись очаровательно.

Nice, tie!- одобрительно сказал я, дружелюбно улыбнувшись.

-Whaaat?

-Tie! I like your tie 🙂

Fuck off!!-грубо ответила мелкая.

Suck my dick, bitch!-весело парировал я, и прежде чем прошли мимо, успел уловить как малолетки переглянулись, и блин, в их глазах появилось уважение.

-Что ты сказал?-спросил Марк.

-Сказал чтоб отсосали.

-Да ладно?!! Серёзно?- рассмеялся он.

-Ну да, она послала меня на хуй и получила соответствующий ответ- и задрав голову я посмотрел на грозовую тучу, грозящую испортить нам день.

Хамство английских подростков меня уже не шокировало. Как-то мы с Гунчей зашли в одну забегаловку. Кроме нас там находились две девчонки лет двадцати-двадцати двух. Они иногда кидали на нас взгляды, и переглядывались лыбясь. Когда девчонки открыли дверь, собираясь уходить я сказал, улыбаясь:

Bye, girls!

Fuck you!-прозвучал хамский ответ. Выйдя на улицу, они оглянулись, показав нам большие пальцы. Поверьте, малолетнего быдляка в этой стране немерено. Вспомнился девяностопятилетний дед, с которым разболтался на автобусной остановке. На вопрос, счастлив ли он, старик ответил:

-Не знаю. Когда я вижу теперешнее молодое поколение, чей лексикон переполнен словами начинающимися на F и подобным им, то начинаю сомневаться в этом.

Вернувшись домой из города, я зашёл на сайт компании обучающей на охранника, и подтвердил дату переэкзаменовки на сертификат, которая была назначена на конец февраля.

Вечером, когда стемнело, услышал на улице крики. Выйдя, увидел в сумерках толпу на газоне, состоящую из полупьяных ребят и мужчин. Они обступили двух человек.

Высокий, стройный парень лет двадцати трёх, дрался с коренастым бородатым мужиком. Мужик проигрывал. Лишь только он пытался броситься на превосходящего его в росте противника, как тот резко кидал встречный,- хлёсткий, длинный удар правой, и делал шаг назад. Удар с мерзким, неприятным звуком достигал цели, отчего атака бородатого захлёбывалась. Мне стало жаль бедолагу. Лицо его было в крови, он понимал что обречён, но держался до конца.

-Делайте круг!-крикнул я.

-Что?

-Круг! Круг!

-Делайте круг, он правильно говорит!- подхватил один англикос лет двадцати, затем удивлённо спросил:

-А ты кто такой?

-Я русский,- ответил ему.

-А что здесь делаешь?

-Смотрю. Мне нравятся драки.

-Откуда ты взялся вообще??

-Из того дома.

-Ну ты даёшь чувак!-рассмеялся он.

Тем временем толпа взяла дерущихся в кольцо как я и советовал.

Бородатый пропустил ещё один удар и ноги его подогнулись на секунду.

-Давай! Ебашь!! Он почти готов! Добивай его!!- заорали со всех сторон. А мне стало ещё больше жалко бедолагу. Ему под сороковник, он.. блядь, он уже не мальчишка. Почему-то показалось что в этой заварухе он жертва. Молодой, самоуверенный пацан с тугими, гладкими мускулами наверняка сам зацепил и оскорбил бедолагу. Захотелось остановить это. Но я понимал что толпа жаждет зрелища и какой-то левый хер-гастарбайтер попытавшийся испортить его, станет мишенью и козлом отпущения. Не факт, но это может случиться. Готов ли я был идти на риск ради того чтоб помочь чужому мне человеку? Нет, не готов. Увы.

-Полиция!!- закричал кто-то. И все рванули в разные стороны. Из за поворота показалось две или три машины и я быстренько добежав до дома, закрыл за собой дверь.

 Ну вот осталось пару дней до отъезда к Серому. Ночью со стороны заднего двора, подошёл к дому индуса где раньше жили. После того как мы с Васей съехали, индус не смог никого вселить в этот гадюшник. Пацаны просили у него ключи чтоб забрать почту которую почтальон кидал в щель для писем во входной двери, но бородатая наглая, беспардонная обезьяна в чалме коротко кинув: Нет!- бросала трубку.

Для того чтоб попасть на задний двор, не понадобилось даже перелазить забор, ибо он был частично развален. Я дубел в футболке, но для того чтоб пролезть в открытую форточку на кухне, нужно было максимально утоньчить своё тело 🙂 Встаю на подоконник, открываю форточку на максимум и просовываю в отверстие руки, затем голову. С трудом, но пролазит. Не проблема!

Проблема возникла спустя минуту. Я вдавил тело со всех сил и почувствовал боль. Грудь пережало рамой и как не старался, не мог двинуть тело не вперёд не назад. Пролазя я вталкивал его на выдохах, таким образом ещё больше теряя в обьёме, и теперь, застряв, не мог вдохнуть. Когда попытался сделать это, боль в сдавленной острой рамой груди стала невыносимой, ибо та пыталась расшириться в объёме, а расширяться было некуда.

Дёрнулся раз, другой, третий, понимая что вот вот и наступит полная пизда,- боль пронизывала насквозь и что ещё хуже, я задыхался без воздуха. Стараясь не обращать на боль внимания, слегка вдохнул животом, дав организму капельку воздуха, затем максимально выдохнув, рванулся ещё раз. Тело двинулось. Рванул ещё и ещё, чувствуя что воздуха нет, а я не вырвался. Тело продвинулось опять, преодолев самым широким местом раму и смог вдохнуть уже лучше.

Продвинулся ещё, ещё и вися уже животом на раме, начал судорожно дышать, насыщая кровь кислородом. Рама резала, но на фоне того что было только что, эта боль была детской сказкой. Так и висел: Ноги с тазом с одной стороны и верх с другой.

Спустя ещё полминуты понял что снова застрял, зацепившись ремнём джинсов. Самое интересное что уже не касался подоконника ногами и ещё не касался кухонной раковины, над которой висел, руками. Таким образом не мог толкнуть тело ни вперёд ни назад. Да ёбанный, сука, в рот!!! Что за, блядь, хуйня!! Я дёргался и извивался как червь на крючке, пока наконец, непонятно каким чудом, пряжка ремня не проскользнула внутрь, а вслед за ней бёдра и ноги.

Свалившись на раковину, затем на пол, больно ударившись, я кое как поднялся чувствуя резь в разорванной рамой, кровоточащей коже на рёбрах. В глазах потемнело от ярости. Ёбаный, блядкий индус! Макака черножопая! Мерзкая, жирная тварь!! Если бы он по человечески дал нам ключ или просто подъехав, открыл дверь, мне не пришлось бы так мучатся! Кстати это нарушение закона, называемое trespassing, то есть нелегальное проникновение на территорию, которое может мне стоить многого, имея его в record, я могу забыть о серте охранника.

Отдышавшись, пошёл в коридор. Подсветив фонариком, разгрёб кучу почты лежащую на ковре. Так и есть, вот письмо из департамента ведающего разрешениями на работу, вот письмо из агенства по сертификации охраны, вот банковская карточка, вот отдельно пин код. Забрав заодно письма для Марка, я решил уже было открыть дверь и выскользнуть наружу, когда в голову пришла мысль: Нет, так нельзя! Зло должно быть наказанно.

Минуту стоял не шевелясь в темноте вонючей прихожей, затем мягко ступая, поднялся на второй этаж и открыл шкаф.

Сука черножопая, ты заплатишь за всё! За то что кинул пацанов на деньги, за то что вёл себя с нами как с дерьмом, за то что брал столько бабла за сраные трущобные комнаты, за то что наебал с деньгами нас с Васей, за то что вынудил меня нарушать закон, калечить тело, такими трудами забирая свои письма.

Я взял тяжёлый разводной ключ,- он так здорово холодил ладонь своей металлической тяжестью..

Поднимаясь на третий этаж, вспоминал как индус приехал в один из дней, когда уже съехали Вовка-борода, Дэнчик, Гунча (деньги которые они не доплатили снял с нас с Васей) и сказал чтоб мы все убирали задний двор, вынося в бусик громадные мешки с банками, бутылками и прочим мусором. Вася работал как в жопу укушенный, хотя среди этого дерьма не было ни грамма выкинутого им. Не отставали от Васи и алкаши, которые жили в доме.

-А ты что сидишь? Давай, убирай тоже!-сказала мне говорящая макака.

-Не буду, там нет моего мусора.

-Мне всё равно.

-А мне нет. Я регулярно плачу деньги, не мусорю, и не буду убирать за кем-то.

-Тогда знаешь что? Не обижайся, но чтоб ты съехал сегодня.

-Не проблема,- ответил я, прекрасно понимая что это как раз проблема.

Я не съехал, индус смекнул что хуй кто будет ему платить за эту разваливающуюся берлогу, и сказал что могу остаться. Наглый, беспардонный бурдюк с дерьмом,- приходя в конце недели, он не здоровался, не улыбался. Открыв дверь ты видел протянутую ладонь на фоне жирной бородатой туши в белой чалме и слышал фразу: Give me my money.

-Он не человек,-думал я как-то, лёжа на продырявленном матрасе в своей каморке,-а ведь если его убить, тебя посадят как за убийство человека…. нормального человека чувствующего любовь, ненависть, имеющего душу и сердце. Зачем ему деньги? Зачем ему вообще что-то? Он же выродок, его душа кисла как дикие яблоки, для чего он живёт и не было бы справедливо просто усыпить его. Наверно нет. Ведь не мы дали ему жизнь.. Для чего-то эта падаль нужна, как и многие подобные ему.

И вот прошло несколько месяцев и я весело ухмыляясь поднимаюсь по лестнице дома в котором тогда жил.

В чём сила, брат? В правде! А правда заключается в том что новая сантехника, а главное установка,-обойдётся твари в круглую сумму, гораздо большую чем он выгадал наебав нас. Карма в действии 🙂

-К сожалению ты не узнаешь от кого тебе привет. Ну да ладно, чтож поделать, мир не совершенен, не так ли шимпанзе? 🙂 А всё таки жаль что это не твой череп. 🙂 Ну да ладно, за неимением повара сойдёт и кухарка,- сказав вслух эту (или очень похожую) фразу, я рассмеялся, замахнувшись ключом чтоб снести раковину.

Часть 35

Занеся руку застыл, подумав что нет нужды сносить раковину полностью. Достаточно проломить.

Перехватив ключ чтоб ударить им сверху вниз, «воткнув» в керамическую стенку, услышал стук за стеной на территории литовки Рамоны или как там её звали. Как уже говорил, дома стояли вплотную и имели смежные стены.

Замерев прислушиваясь, я вдруг вспомнил одну вещь от которой похолодело в груди. Блядь! Сука! Я же говорил что разобью индусу дом. В ярости, возмущённый поведением урода, ляпнул ей с Дэнчиком что расхуячу бойлер и раковины. На тот момент это были просто слова, но сейчас…..

Она распиздит! Заложит меня ментам. Или нет? С чего? Она сама «обезьяну» не любит. Ей в радость будет если узнает что бородатый попал на бабки. Мудак! Трепливый мудак! Ну на хрена, на хрена трепать языком?! Кто тянул тебя за него!! Я почувствовал отчаяние. У меня забирали мою месть, забирали справедливость. Я сам у себя её забрал……..

Индус кинется в полицию, они опросят соседей и….. вот тут есть риск что литовка меня засыпет. Скорее всего нет, но риск есть. А я не могу рисковать, никак не могу. Мне надо обустраиваться в новой стране и не могу себе позволить такие риски. Если она пизданёт обо мне.. хм…. а что будет? Как докажут? Пальцы снимут?- думая всё это, я уже понимал что ничего не сделаю. Уже знал что не пойду на риск. Докажут-не докажут,- хули гадать. Я понятия не имею как работает правосудие в этой стране. Она знает, Дэнчик знает. Знают двое,- знает свинья.

Я разозлился, захотелось вмочить самому себе по роже, по тупой трепливой роже. Как же так?! Вот тебе и наказание за язык! Ты не сделаешь индусу ничего, сам себя лишил возможности поквитаться с гадом.

Cел на грязный ковёр, пытаясь успокоиться. В эту минуту я ненавидел литовку, не сделавшую мне ничего плохого. Но ещё больше ненавидел себя. От ярости вспотел несмотря на дубак. Ты облажался, пацан. Ты облажался! Трепло!

Поднявшись, чувствуя боль и жжение в рёбрах, потопал вниз. Месть индусу не состоялась.

…………………………………………………………………………………………………………..

-Гавно твой Айфон! Мой фотик на порядок выше!- со смехом заявил я Славику, в последний день работы на Кулине, на самом деле внутренне слегка раздражаясь, так как его грёбаный телефон делал фотографии, которые на экране смотрелись ничуть не хуже чем с моей мыльнички.

-Давай сравним!

-Давай. Давай снимем вот тот проход.

Быстро опускаю чувствительность фотоаппарата до 200 единиц, рассчитывая на то что Славка будет снимать своим клятым айфоном на автомате и тот задерёт чувствительность под небеса, тем самым сделав снимок «шумным» (куча мелких цветных точек на снимке, видимых при приближении). Задерживая дыхание, чтоб во время щелчка руки не дрожали, медленно жму на спуск. Славка делает фотографию своим девайсом. Мне нельзя облажаться,- с нами Марк, который должен сегодня у меня фотик купить. Если фотки окажутся хуже чем с айфона,- сделка может сорваться.

Приближаем фотографии. Моя чище и чётче. Ха! Вот так-то Славянин! Можешь соснуть! Я тебя натянул.

-Дамы и господа, внимание!- кривляясь сказал я, влезши на стопку палет. Гляньте на этого убогого!- и указал рукой на ржущего Славку.

-Это большой лысый дядька только что попытался спорить с тем, до кого ему ползти и ползти. Он утверждал что его жалкий телефончик, такой же никчёмный как, подозреваю и некоторые части его тельца (тут я под ржание пацанов, наблюдавших за «концертом», скосил взгляд ниже Славкиного пояса) сможет конкурировать с волшебным фотоаппаратом принадлежащим мне. О неверие юности, о наивность глупости!! Однако я проучил его (тут я демонстративно поправил штаны в паху, намекая этим что поимел Славика) и теперь он долго будет помнить урок. Болезненный, но полезный!! Ты был, кстати, такой ничего…..:)))

-Ну ты трепло,- лыбился беззлобно Славка, когда сказав ещё несколько фраз, которых уже не помню, -ваш покорный слуга слез со «сцены» под смех ребят.

-Блин, а меня здесь любят,- подумал я, ощутив лёгкую, воздушную грусть. Сейчас, оглядываясь назад, я прекрасно понимаю ( да и тогда понимал) что меня не то чтобы любили, но шутливое поведение, смешанное с умением постоять за себя, вызывало симпатию большей части коллектива. Весёлый парень Валерка, несущий часто всякую смешную пургу.

На обеде ко мне подошёл польский супервайзер.

-Ты значит всё?

-Да. Надо двигать вперёд.

-В Лондон?

-Нет ещё. Надо пересдать экзамен. Затем, да. В Лондон.

-Ты молодец! Уважаю! Большинство людей, встреченных мной, думают что Англия, -это Хаверхилл и «Кулина».

-Да, но я так не думаю.

-Молодчинка! Я рад что ты уезжаешь!

Я смотрел в его глаза, впитывая теплоту, переполнявшую их. И это не красное словцо. Взгляд действительно был очень-очень добрый, я даже не знаю чем заслужил такое хорошее отношение к себе, ведь в работе был далеко не первым, да и общался с ним немного совсем.

Придя с обеда неспешно ковырялся в ордерах, даже не думая о том чтоб нажать F9,- запретную кнопку компа. Нажимая её, ты скидывал ордер и мог взять другой. Если он тебе не нравился, то скидывал и его тоже, и так до тех пор пока не попадался ордер с огромным числом коробок с одной локации, где ты мог сделать план за 15 минут. Я долго не знал об этой кнопке, но когда узнал,- работа пошла быстрее.

На собраниях нам говорили чтоб не смели её жать, что за это увольнение, но вскоре я начал понимать что слишком многие пользуются этой фишкой, и если слишком не злоупотреблять, то ничего тебе не будет. Однако сегодня…. Какая на хрен разница, сколько я соберу? It’s my last day in this cold place!

Спустя полчаса нас всех собрали на небольшой митинг. Вайзер из другой смены, -маленький лысый, пухлый, надменный англик стоял в центре круга, образованного нами.

-У меня кое какие новости! Среди нас есть крыса!! Да, да самая настоящая крыса!! Вор!!….. Что, вам неловко? Стыдно? Так и должно быть!- говорил он вкрадчивым голосом, обводя толпу прищуренными глазками, и я чувствовал каким умным и проницательным он себя считает, не понимая как нелепо выглядит.

Может, говори он это англикам, то кто знает…. хотя…

Но здесь стояли в основном поляки, латыши, литовцы каждый четвёртый из которых поджирал йогурты, шоколад, запивая это соками когда мог. И речь местечкового Шерлока звучала смешно.

-О, я знаю, ты сейчас здесь…. Ты смотришь на меня и думаешь я тебя не поймааааааааюююю…… Но ты ошибаешься, ворюга! Ты плохо меня знаешь! Уже не одного такого я выловил!! Да, да, выловил!! И ты потом будешь просить, умолять меня не вызывать полицию! Будешь просить оставить тебя на работе… Однако знаешь что??- и толстяк выпятив челюсть, начал покачивать головой вверх-вниз-вверх-вниз.

Я вдруг вспомнил этих игрушечных собак с покачивающимися головами на пружинках, которых в Совке ставили за задним стеклом автомобиля, и сразу прыснул смехом. Но англик, не повернулся, видимо посчитав что кто-то просто шмыгнул носом. Стараясь поскорее убраться в задние ряды попятился и наткнулся на стену. Литовцы, хитро лыбясь, сомкнули ряд не выпуская меня.

Ублюдки, блядь :))  -подумал, оценив шутку, изо всех сил сдерживая смех, рвущийся наружу.

Подойдя через пару минут к своей телеге, услышал крик на ломанном русском: Белий гсьпадин! Белий гсьпадин! Инстинктивно оглянулся, чтоб убедится: никто из русскоговорящих вайзеров не слышит.

-What’s up Okechuku?- спросил у подошедшего негра.

-It’s mine!- указал он на тележку. Блин, точно, я подошёл не к своей телеге. Извинившись, нашёл свою, и двинулся по проходу. До конца смены оставались считанные часы.

Окичуку был из Африки и прославился невероятной наглостью. Его не любили буквально все. Нет, он не грубил, не толкался, он просто ложил на все правила приличия, при этом ведя себя очень дружелюбно. Когда все заканчивали смену, он подходил к окошку и пытался без очереди сдать свой комп. На него сразу обрушивалось шипение, его отталкивали (правда крайне осторожно, ведь никому не хочется быть уволенным за агрессию). Он улыбался, затем постояв минуту сново лез без очереди.

Так же бесцеремонно подходил к локации, где уже были люди ждущие когда нагружающий дособирает коробки, введёт остаток, и можно будет начать накидывать себе на палету. Он внагляк влазил и сканировал код, не обращая внимания на людей, которые уже стоят перед ним. На него сново шипели. Курррва, бляд! Я пердолю, сука! — бесились поляки. Макака ёбаная! Пидар черножопый- вторили русские. Ej tu dirs, cuka!- возмущались, латыши. Лишь англики, завистливо глядя на нас,- выражали эмоции скромнее, так как африканский Тарзан понимал по английски.

Сплочённость и дружба народов в такие моменты вызвала бы слёзы восторга у Ильича, восстань он из мёртвых и окажись среди нас. Окечуку улыбался и отходил. Затем, когда очередной человек заканчивал собирать коробки, мог запросто сново попытаться пролезть без очереди.

Как-то он спросил моё имя, и не мудурствуя лукаво, я представился как Белый Господин.

-Блий Сядин- тужился африканец.

-No, not Blij Sjadin. But BE-LIJ GOS-PO-DIN.

-Beli Sjadin.

-No, Okichuku! You’ve made mistake again!

Терпение и труд, как известно, свои плоды дадут. Окичуку выучил «имя» и видно очень гордился собой, потому что орал его при любом удобном случае, отчего пацаны хохотали чуть не навзрыд, что мне не очень нравилось.

-Блядь, что за подставы! Вы можете не так явно ржать. Он же поймёт! — журил я их.

Всё закончилось одним днём, когда кто-то из литовцев, хихикая, тем не менее вполе серьёзно сказал:

-Валерыч, слушай, лучше не надо. А то вайзера узнают, будет пиздец. Даже если к тебе хорошо относятся,-им придётся действовать. Такие вещи здесь не катят. Будут проблемы из за обезьяны и серьёзные.

На тот момент я ещё и не думал увольняться и к словам литовца отнёсся весьма серьёзно. Пришлось отучать парня. И тут столкнулся с проблемой.

-Слушай, Окечуку, у меня есть другое имя! Мне больше нравятся когда меня зовут Валера. (разговор естественно на английском)

-Белий Гасьпадин!

-Чччч, тише! Чего ты такой шумный?! Нет, Валера! ВА-ЛЕ-РА.

-Белий Гасьпадин,- заорал он так громко, что будь мы под пальмой, нас бы завалило кокосами.

-Блядь, нет! Мне не нравится это имя! Валера!

-Гасьпадин!!- заверещал он и где-то в Гималаях обрушилась снежная лавина.

Разговор повторялся сново и сново, с одинаковым результатом. Окечуку ни за что не хотел отказываться от Белого Господина. Однако, к счастью никто из вайзеров не узнал. А может им и сказали, но они таки решили закрыть на это глаза, так как сами не любили бесцеремонного африканца? Мы этого уже не узнаем.

Не помню как ехал домой, как прощался со Славкой,- неплохим простым мужиком, который возил меня последние месяцы домой. И не было не шансона, не вони в машине, не прокуренной сигаретами, гнилозубой усатой рожи. А был смех, шутки и взаимные беззлобные подколки.

Не помню как заснул, как проснулся, память просыпается на том моменте когдa небольшая машинка подъехала под окна. Было солнце, тепло, за рулём сидел Рожик и какая-то женщина рядом. Cел в неё и мы помчались.

-Наконец то всё меняется,- думал я.

Часть 36

Я сижу за столом в стерильно чистой комнате. На полу матрас, рядом комп. Вещи сложенны в углу. Вот уже две недели я в доме, снимаемом Рожиком на пару с другим пацаном, дезертировавшим из Иностранного легиона.

На улице серость, равно как и в душе. Две недели без работы, в этой комнате. То что переезд ошибка,- заподозрил ещё в машине, по дороге сюда, когда Серый начал глумиться над моим планом. Мол, посмотрите какой, в Лондон захотел. Не будет этого! Никогда тебе, Валерка не добраться до туда. Забудь и смирись!

Он стебался и хохот подруги был ему поддержкой. Её смех поразил меня. Он был громкий, вульгарный, скабрёзный и ассоциировался со стареющими быдло-тёлками, со шлюхами отогревающимися водкой в придорожной забегаловке. Не помню чтоб кто-то гоготал более отвратительно. Меня просто передёргивало.

В течении следующих дней я понял что мы с Рожиком очень далеки друг от друга во всём, кроме разве что бокса. Его разговоры практически ограничивались уголовной тематикой. Кто кого «грел», кто насколько сел, кто кого грабанул и так далее. Я давно уже оставил всё это в прошлом, и темы отсидок и сроков вгоняли в депрессию.

На второй день по приезду мы пошли в агенство по трудоустройству, где я заполнил анкету, указав что хочу работать в «SportDirect». Серый вёл себя отвратительно,- он шутил и стебался над людьми не прекращая, причём этот стёб был не смешной, а грубовато неуважительный. Когда я попрощался с девчонкой, проводившей собеседование в агенстве, Серый сказал ей: See you later, alligator!

-Бля, Серёга, на хуя?? Ты разве не понимаешь что унизил её? Она теперь мою анкету запросто в мусорник может выкинуть!

-Да не сцы ты, всё нормально!-отмахнулся он.

И вот прошло две недели бездействия. Дом находился на окраине и чтоб добраться до центра города, нужно было ехать на автобусе. В пределах ходьбы не было ничего, не считая универсального магазина, чьё название я уже не помню. Стараясь не тратить время попусту, учил Английский и правила поведения охранника для сдачи на сертификат. Затем шёл гулять в расположенный неподалёку дикий парк, или скорее даже небольшой лесок.

На днях позвонили из охранного агенства. Тонким, птичьим голосом индус-оператор заявил, что пересдача экзамена переносится с конца Февраля на конец Апреля. Я охуел…… Это как????

-Изьвинити, нисего не мозим сьделать,- пищал дибилоидный голосок в трубку.  Я пришёл в ярость. Написал им письмо.

Кончилось тем что спустя день перезвонила милая женщина. Я сказал что уже ХРЕН ЗНАЕТ СКОЛЬКО жду пересдачи, а перенос ещё на два месяца похож на издевательство. Она посмотрела график и нашла вариант на 11 Марта.

-А почему тот парень сказал что ничего раньше Апреля нет?

-Я не знаю. Вообще-то есть места.

Повесив трубку, испытал двойственные чувства. С одной стороны облегчение, и искреннюю благодарность этой милой женщине, а с другой просто ненависть по отношению к тупому индусу. Из-за его непрофессионализма я мог потерять пару месяцев впустую. Это уже не первый случай когда сталкивался с тупостью индусов, и признаюсь, они вызывали у меня отвращениe. Hечистоплотные, тупые, писклявые уёбки.

С каждым днём находится в доме становилось всё невыносимей. Мы с Серым практически перестали общаться, так как тем для разговора не было вообще. В принципе он нашёл себе идеальную пару в лице своей подруги. Она прожила сколько-там лет с мужиком, отсидевшим десятку за убийство и им было о чём говорить. Они могли обсуждать грев, тюрьмы, хуюрьмы, срока и прочее. Это был их мир, мне же он казался уродливо-серо-безысходно-тусклым.

Работы не было, деньги улетали непонятно куда,- я понимал что ещё чуть-чуть и окажусь на мели.

Одним утром проснулся и ощутил странное чувство в горле. Будто кто-то давил пальцем под кадык. С трудом получалось сглатывать и слюна выделалась как у голодной собаки. Начались непонятные спазмы, позывы к рвоте. Я встал, походил и чувство ослабло. Спустя пару часов ком в горле прошёл, чтоб к вечеру появиться опять. Стоило лечь как чувство давления усиливалось.

И я сделал ошибку, залезши в гугл. Болезни описывавшиеся там не несли ничего хорошего, что пригрузило меня особо сильно, учитывая что многие мои ближайшие родственники умерли от онкологии. В принципе они почти все от неё и умерли. Выйдя из поисковика я почувствовал холодок в сердце. Блин, а если……

На следующий день в горле давило сново. Я подумал о том что возможно мне необходимо не ждать экзаменов, а лететь стрелой в Ригу.

Спустя пару дней решил что надо уезжать пока не потратил все деньги. Дело было не только в деньгах. Я просто не мог больше сидеть без движения. Уезжая из Тетфорда я думал что буду работать, копить деньги, учится, боксировать. А получилось что работы нет, бокс пару раз в неделю и всё время ты тупо сидишь в серой комнате, серого города, серой страны.

Да и потом мне стало тяжело находиться рядом с Серым. Мы и раньше были разными людьми, но сейчас, годы спустя я вообще не понимал как мы общались в юности. Что нас связывало кроме взаимовыручки на разборках которую оказывали друг другу все боксёры?

Место куда решил отправиться называлось Харлоу, это один из близлежащих от Лондона городков. Один из ребят, тусовавшихся в Каугурском ночном клубе «Empire», — работал там на складе подобном Кулине. Нас свёл общий знакомый, с которым я поддерживал связь. Мы созвонились с Робчиком, и он дал добро на приезд.

-Заселим тебя в комнату, устрою на работу,- всё будет окей.

-Тогда я звтра выезжаю.

-Давай.

Рожик не удивился узнав о предстоящем отъезде, и на следующий день мы выехали на автовокзал. По дороге тема опять коснулась будущего. И опять посыпались приколы, мол куда ты лезешь, не хуя ты не сдашь на охранника. Ишь какой! Считает себя круче нас! Ты ничего уже не добьёшься, смирись!

-Он хочет в Америку, к Кате… А у Кати уже есть волосатая лапа! Волосатая лапа!! — издевательски стебался он, имея ввиду мужскую руку которая держала телефон, продаваемый с Катиного ебеевского аккаунта. Подруга ржала после каждой сказанной Серым фразы. Этот смех был отвратным, тошнотворным, грязным как сама грязь.

-Вот что ты ржёшь?- не выдержал я —  Неужели так смешно? Это что, охуенная шутка в твоих глазах или что?

-А в чём дело?

-В твоём смехе дело!

-Эй Валера, потише!- встрял Серый.

-Что потише?

-Не разговаривай с ней так!!

-Я вам что блядь, клоун?

-Алё, стопори!

-Стопори что?

-Ты между прочим в моей машине сейчас едешь…..

-И что теперь? Ты меня глумить будешь? Тебе заплатить за доставку??

Он не раз рассказывал о расходе со своей женой, о том как сходил с ума без неё, как подсел от переживаний на наркоту, как…   , да много всего рассказывал, не буду писать об этом. И я НИ РАЗУ не позволил себе приколоться по этому поводу, стараясь лишь поддержать морально. Мне и в голову не приходило шутить о таком. A он уже не первый раз высмеивает меня. Причём в присутствии своей очередной стрёмной тёлки, которая мне вообще никто.

В молчании доехали до вокзала. Мне было противно находится рядом с ними, противно чтоб он помогал нести сумки, противна любая помощь. Mеня прорвало и хорошее отношение к Серому испарилось в считанные секунды, не оставив после себя никакого следа. Я понял что не прощу его ни через год ни через два.

Подойдя к кассе узнали что до автобуса ещё три часа.

-Давай кинем вещи в машину и погуляем пока,- предложил Серёга.

-Нет, Серый. Я не хочу с вами гулять. Извини.- Этот ответ ошарашил и оскорбил.

-Хорошо, как знаешь. Пока!- и повернувшись он ушёл.

-Пока Серёжа.

Спустя полминуты подошла его девчонка.

-Не обижайся на меня! Я не хотела тебя обидеть. Пока!

-Не проблема. Пока. -ответил я улыбнувшись дежурной улыбкой.

В автобусе темно, за окном уже сумрак. Темно и холодно.

Мне надо лететь в Ригу, проверять здоровье, блин. Однако нельзя же бросить всё на пол пути! Я должен сдать на охранника, должен! Надо устроится, поработать, затем экзамен, до него чуть более двух недель! А там Лондон! Там и пойду к врачу.

Но так одиноко и так холодно, блин. И телу и душе и сердцу. В автобусе лишь я да водитель, все остальные пассажиры сошли. У них своя жизнь, люди которые их любят: дети, любимые, родители.

Bернулось чувство потерянной собаки.  Куда ты везёшь меня автобус? Что мне в том Харлоу? Что мне в том Лондоне? Я заблудился, заблудился по жизни…. Всё такое чуждое, и этот синеватый свет в кабине водителя, и эта тьма чужой страны за окном.

Hе помню как пересаживался из автобуса, в поезд идущий до Харлоу, вообще не помню, это стёрто из памяти. Помню лишь как вышел на нужной станции.

Потеплело, пути застилал туман, сквозь который просвечивал жёлтый фонарный свет. Я стоял один на длинном перроне, спокойно ожидая Робикa который должен был встретить.

Он появился как ёжик из тумана. Знакомое лицо, мы виделись в Empire, но вроде никогда не общались. Среднего роста, голубоглазый, с волосами соломенного цвета. Робик оказался добрым, простым парнем, из той категории людей которые вызывают симпатию, их миры вращаются неподалёку от моего.

-Заночуешь сегодня у меня а завтра подгоним тебе комнату в доме. Давай кинем вещи и прогуляемся.-предложил он. Жили они в высоченном здании, выходящем окнами на вокзал. В квартире несколько комнат, в каждой из которых жило по паре человек. Двое из них, помимо Робика, были из Каугури и помнили меня в чёрной битловке Empire sequrity, обдолбанным кофе, нарезающим круги по залу высматривая нарушителей, попутно флиртуя с малолетками.

Я в очередной раз подивился как же тесен мир и как много наших поуезжало в Европу. Получила прибалтика свободу от «гнусного», «мерзкого» Совка, стала самостоятельной и что это дало? Все заводы и фабрики развалили, производство практически уничтожили и теперь свободные латыши гордо подметают улицы английских городов.

Мы вышли на улицу. Туманом заволокло всё. Такого густого я пожалуй не видел с тех пор как плутали в каноэ, заблудившись на одном из бесчисленных озёр севера Америки. Только там туман был белый, ватный,- он клубился у воды и мы плыли будто в облаках. А здесь он был раскрашен светом фонарей, жёлтый и навевающий тоску. Всё в этой стране навевало на меня тоску, я сдулся как те сморщенные, несчастные шарики, прицепленные к зеркалам автомобилей на площадке представительства Тойоты в Техасе.

Робик рассказывал о складе, о специфике работы, а я, слушая в пол уха, понимал что……. всё пошло не так. Мне надо к врачу, возможно у меня проблемы рядом с которыми всё предыдущее покажется ерундой. Всё но не Катя. Она не покажется, что бы не случилось.

Мои страхи вылезли наружу, надуваясь как выплывшй на поверхность спасательный плот и я не мог ни запихать их обратно ни уничтожить. Вся моя семья, все они поумирали от рака. Дедушка, бабушка, тётя Света, мама. За исключением дедушки по материнской линии,- у него случился сердечный приступ.

Чернобыль…. Грёбанный Чернобыль…  Я находился в трёхста километрах когда рвануло. Помню яркий, солнечный день и пышащую жаром землю. Я ловил капустниц на поляне во дворе,- коллекционирование насекомых было моей страстью в детские годы.

Бабочки порхали между подорожниками и чахлыми цветочками, я пытался поймать их не повредив пыльцу на крыльях, осторожно подкрадываясь под натянутыми для просушки белья верёвками. В тот день бабушка сказала что произошёл какой-то ужасный взрыв. Где-то недалеко.

Но мне то что до него? Я лишь ребёнок, мне нет дела до взрывов и мира взрослых, у меня другая задача,- поймать капустницу и правильно приколоть её иголкой, чтоб крылья оказались расправленными и в таком положении она засохла.

Сейчас, набивая буквы в кафешке неподалёку от дома, ловлю себя на том что неприятно писать об этом. Зачем прикалывать иголкой бабочек? Зачем протыкать их хрупкие тела? Пусть летают, пусть радуют глаз. Зачем боль и страдания? Почему не быть просто счастливыми, любя, любуясь красотой окружающего мира, даря другим добро и радость? Зачем мы стареем, зачем так многие остаются одинокими, зачем ужасные болезни, войны и боль?

И на ум приходят слова Экзюпери из Цитадели, о том что лишь в сказках добро и зло стоят по разные стороны баррикад. А в жизни они идут рука об руку, как брат с сестрой, как двое любовников, ибо без зла не познаешь добра. Испытания и страдания выковывают сильных духом, тирания рождает благородных борцов за свободу, искушение с которым справился придаёт цену верности.

Придя домой после прогулки, познакомился с двумя индусами, жившими в одной из комнат Робчиковой квартиры. Ребята оказались очень приятными и дружелюбными. Предложили мне риса со специями от которого, застеснявшись отказался. Болтая с ними в кухне, подумал в очередной раз о том что стоит начать испытывать неприязнь к какой нибудь расе или нации, как тут же знакомлюсь с её представителями, полностью опровергающими моё о ней представление.

Так было в Америке, когда работал в негритянском районе. Cпустя день или два после каждого случая, заставлявшего меня презирать их, я встречал душевных, милых негров и внутренне краснел за свои недавние мысли.

Вспоминается случай, когда мы с Катей стояли в очереди за билетами в кино. Чуть в стороне стоял высокий, подкачанный чернокожий в красивых, крокодиловых туфлях и…… не помню блин. Но одет он был обалденно, стильно, со вкусом, очень выделяясь из бесцветной толпы. Я уставился на него, разглядывая словно экзотическую зверюшку в зоопарке. Мы встретились глазами. Секунда, другая: Он нахмурил брови и подавшись вперёд, вызывающе качнул головой, мол ты чего-то хотел? Я улыбнувшись, указал на него пальцем, подняв затем большой вверх, мол классно выглядишь, дружище.

И поняв, он улыбнулся такой счастливой, открытой улыбкой,- будто солнце засияло внутри помещения. Человек способный так улыбаться не может быть плохим. Он может быть вспыльчивым, прямолинейным, ранимым, но не подлецом и не мерзавцем потому что в ней, в этой улыбке была вся его душа, а она была прекрасна.

На следующее утро, кое как покемарив на полу, (Робчик предложил спать с ним и его руммейтом на кровати, но я не желая их стеснять, отказался) пошёл устраиваться на склад.

Погода радовала солнцем, я шёл вдоль кустов, подпитываясь солнечной энергией. Отшагав минут сорок, подошёл к проходной на склад. Огромное здание-коробка и стоящие во дворе фуры навевали воспоминание о Кулине. У будочки охраны стояла кучка ребят, в основном молодых, лет под двадцать. Один из парней был с девчёнкой и я жадно рассматривал её обтянутую джинсами попку.

Блядь, как же давно я не трахался. Почувствовал как рот наполняется слюной, словно у голодной собаки. Молодая девочка…… Не убитая тётка, с течением лет потерявшая стыдливость, для которой секс — просто ёбля, нечто среднее между просмотром сериала и поеданием шоколадного торта, а юная девочка, покрывающaяся краской румянца когда парень целует ей живот, и секунда, другая, стянет с неё джинсы вместе с трусиками.

Я отвернулся от ребят, опасаясь что они прочтут мои мысли, отвернулся чувствуя себя озабоченным, старым, похотливым извращенцем. И поймал взгляд чернявенького парнишки цыганской наружности. Он смотрел прямо в глаза, и меня это раздражило. Молча уставился в ответ.

Дуэль длилась секунд пять, после чего он спросил откуда я. Из Риги. Он тоже. Через минуту мы вовсю общались на тему москачки, — оказалось он там живёт.

Часть 37

Oбучение работе длилось несколько часов, в течении которых я возненавидел этот склад.

Здание было старым, металлические контейнеры ободранными, рохли не электрическими а старинными, которые надо было тянуть за собой силой собственных мышц. Лишь сейчас я оценил насколько чистым, холёным, уютным и современным был склад «Coolina» на котором отпахал несколько месяцев.

Время ползло с невероятно медленной скоростью, я ходил как лунатик за инструктором, ничего не понимая и не запоминая, думая лишь о том чтоб побыстрее выбраться к свету и воздуху.

-Мне нужно в Ригу, нужно проверить здоровье и чуть отдохнуть, ориентиры сбились,- крутилась в голове мысль, точнее даже не мысль а….. блин, как же обьяснить… сидело в сердце чувство.

День закончился и наконец-то вы вышли из мрачного саркофага. Попрощавшись с Самиром (так звали моего нового знакомого с москачки) и обменявшись телефонами, я пошёл в сторону Робиковой квартиры.

Вечером к дому подъехал шестисотый мерс и оттуда вылез здоровенный кабанина, на голову выше меня и несравненно шире в плечах. Робик представил нас друг другу, сказав что Ивар (пусть будет Ивар) определит меня в комнату. Тот сказал что мне придётся перекантоваться пару недель в комнате где уже есть жилец, пока не освободится та где буду жить один. Kонечно это не обрадовало.

Пока ехали к дому, Ивар спросил кто я, откуда и так далее.

-Работал в охране «Empire»? Хм, я знаю в Каугури несколько ребят, боксёров. Знаешь такого тренера,- и он назвал какую-то фамилию.

-Нет, не знаю.

Дом был старый, облезлый и нуждавшийся в косметическом ремонте. Комната на втором этаже.

-Поживи в ней два дня,- сказал Ивар- затем сюда въедут люди которые её уже застолбили. А тебе придётся пожить с Николаем пару недель пока не подыщем тебе другую.

Он ушёл а я остался в этом срачельнике.

Комнатка была небольшой, грязной, вонючей и непролазной, ибо всю её занимал лежавший на изогнутой от времени и влаги подставке, громадный матрас. Вплотную к нему, наползая, громоздились: уродливое зелёное кресло и старый компьютерный столик. Все эти вещи находились буквально впритык друг к другу не оставляя вообще никакого пространства для манёвра.

То есть смысл нахождения здесь стола был непонятен, ибо поставить перед ним стул было негде. На полу кучей валялись рекламные проспекты, карандаши, наполовину вывернутый чёрный носок и прочий мусор. От окна к встроенному в стену шкафу тянулась грязная верёвка для сушки белья.

Я тупо сел на матрас уставившись в стену, чувствуя как тоска выгрызает сердце и заморозился на какое-то время. Зазвонил телефон.

-Валер, слушай, я пробил про тебя, мне сказали что ты свой пацан, о тебе очень хорошо отзываются — зарокотал в трубке голос Ивара.

-У кого пробил?

-У боксёров Каугурских. Тебя знают и этот тренер (тут Ивар сново назвал ту фамилию) он тебя тоже знает. Короче, сделаем так: Оставайся в этой комнате, она будет твоя. Платить будешь 70 фунтов в неделю, но соседям говори что 90, ладно? Не фиг им знать правду. Располагайся, дружище!

Поблагодарив, повесил трубку. Ну и цены….. 90 фунтов за это убожество…

Взяв себя в руки, занялся уборкой. Положил кресло на бок, частично запихнув его в шкаф, вытащил из под матраса подставку и закинул в общий коридор, убрал буклеты, носок и прочий мусор.

В дверь постучали. Вошёл невысокий, неопрятный парень в затасканом свитере. Лицо то ли в крупных прыщах, то ли в маленьких фурункулах, в руке банка пива.

-Привет, я твой сосед. Меня зовут Серёжа.

-Привет. Валера.- представился я, понимая что обречён пожать руку, что делать очень не хотелось, учитывая его внешний вид.

-Ты на работу уже устроился?

-Ну да, вроде того.

-Куда? На склад?

-Ага.

-Я тоже там работаю. В ночные. Но сегодня выходной. Слушай, давай за знакомство пивка!

-Нет, спасибо. Я устал знаешь ли, вообще что-то сил нет, Серёга. Давай позже как-нибудь. Я хочу в кровать прыгать уже.

Избавившись от непрошеного гостя сново застыл. Сознание кружилось, боль в сердце перетекала в физическую стадию. Как я оказался в этой жалкой, вонючей комнате чужой мне страны? Что я здесь делаю? Далёким маяком светилось знание что нигде, не в Латвии не в Англии не буду счастлив. Да и в Америке, возможно тоже. Всё пусто. Ориентир, он сбился.

Устало взялся за бельевую верёвку. Хпумц! — она внезапно с треском оборвалась, как завершающий аккорд этого дня.

Я понимал что это не временная хандра. Тоска, эта грязная тварь таки нащупала и передавила мне волшебную, невидимую артерию по которой поступали питающие душу жизненные силы.

-Как быстро я сдулся, блин. Как рассказать об этом в журнале, всем тем кто пишет, мол ты молодец Валера, двигай, рви, дерзай?

Журнал….. беспонтовая хрень, иллюзорные люди, непонятные аватарки…. Илллюзия… Такая же как и деревянный балкон в Эдайне, как Катька стоящая раком на кровати (узкая талия и восхитительно расширяющиеся бёдра), как тот солнечный день когда ныряли с ней в Square Lake и я поймал огромную черепаху, не подозревая что такие вообще бывают в пресных водоёмах. Иллюзия как и все мечты…. А Анжелика? Тоже иллюзия, отступные, которые дала жизнь перед тем как опустить на самое дно. Ты никогда не вернёшься в Америку, ты застрянешь в больницах, леча болезни, которые честно заработал нервами и переживаниями, морда пожелтеет, состарится и ничего светлого в жизни уже не будет.

Oгляделся, пытаясь зацепиться взглядом хоть за что-то позитивное, что-то хорошее, но видел лишь унылую стену и убогую обстановку.

Захотелось вмочиться в окно не тратя время на открывание, и втянуть свежего воздуха, но он не был свежим, он был плотью от плоти этой страны, чужой мне с её туманами и уродливыми машинами ездящими по непонятным левосторонним дорогам.

Америка далеко и мне до неё не добраться, а Англия…. я здесь задыхаюсь… задыхаюсь…..

-Всегда можно уйти,- появилась вдруг мысль, пришедшая казалось ниоткуда. Секунды две-три я обдумывал её, пробуя на вкус, перебирая как маленькие леденцы во рту.

-Всегда можно уйти,- прошептал внутренний голос снова.

Я поднял глаза к потолку, представив себе петлю спускающуюся сверху. И…. чудо….. на душе стало спокойней. Выход есть, не так ли Валерка? Всегда можно уйти. Если почувствуешь что больше не можешь терпеть, что никак, ни секунды,- ты можешь им воспользоваться. И прохладным ветерком повеяло на истрёпанную душу, остужая её. Выход есть, но он на самый крайний случай. А он пока не наступил. Нет сэр. Нет мэм.

Странно, но мне действительно стало легче.

Достав комп, подрубил к интернету. Там ждал сюрприз,-письмо от Анжелики.

-Ты дал мне много света,-писала она- я никогда не забуду тебя и очень рада что ты у меня был. Время что мы провели вместе. Знаешь, я полюбила Guns’n Roses,- те песни которые ты мне ставил. Иногда включаю их и воспоминания становятся такими яркими, я даже будто чувствую запахи. Я очень благодарна тебе. Ты много дал мне, Валера я изменилась после общения с тобой.

Читая почувствовал как горло сжало и слёзы потекли по щекам. Закрыл лицо, прижав ладони к глазам. Но лишь убрал руки, вытирая с них влагу, как слёзы сново проторили путь и я позорно всхлипнул. И в этот момент открылась истина.

Мне всегда казалось что для счастья ты должен совершить подвиг, переплыть океан, сразиться с драконом, спасти красавицу и тогда……. Но читая лучащееся добром письмо,- вдруг понял что на самом деле всё гораздо проще. Быть здоровым, любимым, зарабатывать чтоб хватало на жизнь и иметь пару хороших друзей. И не важно где, в Риге, Житомире или Нью-Йорке. Так просто, так гениально просто. И сидя в маленькой, вонючей комнатке Харлоу, я прочувствовал это.

-Так любой, любой нелепый толстяк может полюбить такую же клушу как и сам, нарожать детей, по выходным ездить на рыбалку и быть счастливым? Не рискуя и не превозмогая себя? Так? Нет! Это нелепо!! Счастье надо заслужить!

-Да, так. И в этом вся гениальность Божьего промысла,- мысленно ответил сам себе — Любой может быть запросто счастлив, любой! Без миллионов, без особняков и машин, без риска и опасностей.

Это было то о чём мне множество раз говорил отец ещё задолго до Мексиканской истории, задолго до того как встретил Катю, говорил в те времена когда я только начал бредить Америкой, говорил то что набило оскомину и истёрлось, выцвело от частого повторения: Счастье простое Валера, оно должно быть внутри! Ни Америка никакая другая страна тебе его не даст. И в Житомире можно быть счастливым имея семью, детей и друзей, да пойми ты!

Я всегда отмахивался от этих речей как от назойливой мухи, думая что это счастье лохов, недалёких упырей с двумя извилинами в голове и сердце, хотя своего отца таким, конечно-же не считал. А сейчас, прочувствовал всей душой.

-Надо вернуться в Ригу, осмотреться, понять что мне нужно и куда вообще идти. Схожу по врачам, сдам на права, увижусь с Лысым, просто посижу на пляже очищая голову от запахов всех этих Хаверхилов, Тетфордов, Харлоу. Может имеет смысл рвануть в Норвегию за действительно хорошими деньгами. Я не могу здесь даже думать, меня давит этот воздух.

Залез в инет, глянул цены на билеты. Блин, да я завтра могу улететь из этой ёбаной страны! Завтра! Теперь, когда дал себе волю думать об этом, понял насколько мне здесь осточертело.

-Ты не увидел Лондон. И не сдал на сертификат,- всплыла мысль. Мне было уже по фиг на Лондон, я был уверен что он такой же беспонтовый как и вся остальная Англия. Но сертификат…… Я не могу, не могу уехать не пойдя на экзамен! Это признать своё полное поражение, это позор. В первую очередь перед самим собой.

Хорошо, возьму билет на двенадцатое марта, на следующий день после экзамена. Осталось две недели. Я дотяну их здесь. Сдам экзамен и его результат узнаю уже в Риге. Эта мысль меня успокоила, я решил что она золотая середина,- компромис.

-Действительно, как мало надо для счастья,- думал лёжа в кровати. Но далеко далеко, в самой глубине души, на самом её дне, мелькнуло знание, которое поймал за хвост: Дай мне жизнь всё то о чём написал, я бы наслаждался эйфорией пол года — год, живя любовью и всем что она даёт, но затем душа начала бы покрываться рябью беспокойства, и начал бы засматриваться на карту, рассматривая точки городов: Маями, Миннеаполис, Сан-Диего, Тампа…. и в одно прекрасное утро, принеся кофе в постель, сказал бы ей: Малыш, есть разговор. Я… я не могу так….. Нам надо уезжать. Давай разработаем план. Мы должны жить в Америке.

P.S.

Люди сидят в лагерях по 10 лет, теряют руки ноги на войне, — преодолевают трудности и испытания куда суровей моих и не расклеиваются. Знаю это, всё знаю.

В своё время история о переходе границы писалась не для того чтоб показать как я крут (ибо это не так) а как раз потому что мне хотелось показать как чувствует себя обычный, простой человек оказавшись в подобном месте. Но почему-то понята она была не совсем так как я рассчитывал. И сейчас, получая письма в стиле «Валера, ты мой кумир» — я чувствую себя лжецом, человеком на дуру сказавшим первое попавшееся слово в сложнейшей викторине и угадавшем. И вот на него смотрят как на эрудита и интеллектуала, а он болван болваном…

Мне так стыдно за эту часть, что я пожалуй обрублю возможности комментирования, ибо одно не так сказанное слово и не смогу продолжить. Впереди последняя часть Английских записок, и в комментах сможете написать всё что вам заблагорассудится, ибо тогда все части уже будут на месте. Но сейчас, сейчас мне надо иметь запал писать, а если вместо него будет желание удалить всё это и сожаление о своей откровенности, то история останется не законченной.

Часть 38

Утро встретило холодным, моросящим дождиком и серым небом. Ссутулившись как ящер, я сидел на матрасе, собирая силы в кулак. Надо подняться и………. и чем нибудь себя занять.

Я не знал что делать буду, но точно знал чего не буду. Я не буду одевать робу и не пойду на работу. Она закончилась не успев начаться.

Набрал Самира. Сказал чтоб передал начальству о том что Валерий Рогозин не будет работать на складе. Не будет. Нет мэм. Нет сэр.

Спустившись в кухню, столкнулся с мужиком лет шестидесяти. Среднего роста, прихрамывающий на одну ногу, с бледным, усталым лицом,- он походил на только откинувшегося зэка. Мужик представился Николаем и я понял что это к нему Ивар хотел меня подселить до того, как Каугурские боксёры сделали рекламу. Поболтав пару минут ни о чём, разошлись по комнатам.

Вернувшись в свою, тупо плюхнулся на матрас, уставившись на стену.

Надо провести в Харлоу две недели и не ёбнуться головой.

-Рядом Лондон,- прошептал внутренний голос.

-Да и хрен с ним, что там делать?

-Доберись туда, посмотри, погуляй.

-Да на хуй его! Меня вывороачивает от Англии!!

-Но тебе надо как-то провести эти дни, Валерка! Лондон под боком, доберись туда! Ты должен!

Час спустя ехал в вагоне, с неприязнью глядя на серые, мрачные станции. Покинув поезд оказался в громадном вокзальном помещении. Народа тьма. Индусы, арабы, англики, итальянцы. Светлокожие, темнокожие, чёрные как смоль,- разные. И я почувствовал как тоска слегка, совсем чуть чуть ослабила хватку. Люди…. движение…. цивилизация…

Спустился в метро.Оно показалось плешивым, зачуханым. Отшелушивающаяся краска на потолке, бледные кафельные стены. Но люди, их было много и они отличались от жителей маленьких городков. Мне трудно чётко сказать чем именно. Во первых было очень много представителей разных рас, во вторых разнообразие в одежде,- от строгих костюмов до расклешённых джинс и рваных рюкзаков. И мне это нравилось.

Куда ехать? Название Trafalgar Square показалось знакомым. Выйдя на этой станции, поднявшись на свет Божий, увидел раскинувшуюся передо мной, большую площадь. (здесь и далее фотки не мои). Дождик закончился, но было промозгло-холодно.

Группа  молодых, смуглых людей, обёрнутых зелёными флагами с полумесяцем, в количестве человек пятидесяти, стояла у ступеней. Пройдя площадь насквозь, двинул в сторону знаменитых часов Биг Бэна, чья башня возвышалась вдали.

Вид старых, солидных зданий, красных двухэтажных автобусов, людей от которых не пахнет провинцией, уютных пабов и кафеюх,- благотворно действовал на сердце. Несмотря на мрачную погоду и дубак, настроение чуть улучшилось. Не сильно, но тем не менее. Вот я и в Лондоне, иду по улице, глазея по сторонам. Вот я и в Лондоне.

Прошёл мимо королевского дворца или как там называется это место где гвардейцы в красных мундирах охраняют вход. Вокруг стояла толпа туристов, камеры щёлкали каждую секунду сверкая вспышками. Вид у гвардейцев был усталый, замучанный. Но один из них, молодой солдатик, неподдельно бешено кося глазами по сторонам (я вас ненавижу, твари,- говорила мимика его лица) , резко и громко,- со всего маху стучал пяткой сапога об асфальт, когда туристы пристраивались к нему по бокам для съёмки. Они отскакивали в сторону, затем смеясь сново подходили. Он сново яростно выпучив глаза топал ногой, но в этот раз безрезультатно.

Я подумал что:

А. У парня явно не в порядке с головой.

Б. Гвардейцам категорически запрещенно вербальное общение.

В. Туристы,- скоты.

Как это убого,- делать такие неинтересные, банальные фотографии. Я на фоне статуи, я на фоне телефонной будки, я рядом с гвардейцем. Тьфу, ты.

Один из солдат был на лошади, чей вид был ещё более замучаный чем у седока, но разве кого нибудь из пытающихся потрогать усталое животное это волновало?

Лишний раз утвердившись в тупости и недалёкости рода человеческого,- двинул дальше.


Вот и знаменитый Биг Бэн. Легендарное место, но…. не скажу чтоб оно меня чем-то поразило. Часы и часы. Вестминстерское аббатство, к которому примыкает Биг Бэн смотрелось круче. Многочисленные остроносые декоративные башенки и огромное количество мелких деталей, (из за них весь комплекс зданий казался колючим как утыканная гвоздями палка).

Оставив аббатство с часами позади, ступил на мост через Темзу. Два клоуна с ярко разукрашенными лицами, и в таких же пёстрых, бьющих по глазам костюмах,- кривляясь подходили к людям, фотографируясь с ними за деньги. Народу было совсем мало, и видно дела у гаеров шли не очень.

Присмотрелся к ним. Лица густо намазаны блестящей, жирной белой краской, щёки алой. Красные, накладные носы и холодные глаза. Клоуны смотрелись не смешно, а вульгарно и…. зло. У ближнего ко мне, виднелась незакрашенная чёрная полоска кожи на шее. И в голове мелькнуло что он ненавидит эту работу и ‘мудаков’ с которыми приходится фоткаться.

Я мысленно увидел его снимающего костюм в грязной комнате, стягивающего с головы цветастую шляпку вместе с париком. В следующее мгновение воображение показало размалёванного негра уже сидящим на стуле, затягивающегося косяком. А в ящике стола (об этом никому знать не обязательно) есть кое что покрепче. Но это на продажу, на ночь.

Весь во власти этих видений, встретив его взгляд, не отвёл свой, с любопытством и некоторой неловкостью глядя в глаза. Сделав пару шагов ко мне, клоун без улыбки и кривляний сказал: Пошёл на хер отсюда, мудила — и вернулся к парочке, которую ‘обрабатывал’ напарник.

На несколько секунд я заморозился, прихуев. Мне не показалось? Он действительно послал меня? А может назло остаться стоять. Что будет? Представил себе заголовок в газете: «Турист избивает уличного артиста». Дать пизды клоуну, сложить его у перил моста, а Валерка? Хочешь стать знаменитостью? Не убийство Леннона, но тем не менее…. Но улыбку эти мысли не вызвали, как никак шут меня оскорбил. Не скажу что это задело, но и восторга не вызвало. Интересно, если рубануть его, успею смыться?

-Даже клоуны тебя не любят, упырь ушастый,- сказал бы в этой ситуации Лысый, никогда не упускающий случая постебаться надо мной. И мысль об этом вызвала улыбку. Кусок лысого гавна, я в Лондоне, любуюсь, блядь, Биг Бэном. 🙂 А ты что? Дрочишь дома, глядя подвиги Пьера Вудмена (знаменитый порно продюсер прославившийся кастингами русских девчонок) или качаешь ‘булки’ приседая со штангой?

-Надо будет связаться по скайпу, как приеду. Давно не слышал, упыря — думал, спускаясь с моста на другой стороне Темзы.

Часть 39

Слева от от моста, вдоль реки шёл променад и возвышалось огромное колесо обозрения. Но я решил сначала пройти вперёд за мост, глянув что там, а затем вернуться.

-Клоун… злой клоун. ‘Низкий’ человек. Интересно, насколько червиво его сердце? А моё? Что с ним? Оно тоже покрылось плесенью? Или может просто промято, как у бедной Кэрол Гербер и несчастного, потерявшего себя Бобби-боя? Скорее и то и другое.

На глаза попался щиток, утверждающий что неподалёку находится «Subway». Как раз то что надо. Найдя его на пустой улице, зашёл внутрь. Кусочек Америки, осколок затонувшей Атлантиды.

А может заказать что нибудь другое? Другой хлеб, другой сыр и мясо? Но мне это показалось чуть не святотатством, и, будто не покидая Техас, произнёс:

-Six inch honey oat, chicken breast, american cheese, all vegetables except pickles, plus double olives and halopenios, please.

Выйдя из заведения, увидел вдалеке принадлежавшие другому кафе алюминиевые столики, выглядевшие одиноко и заброшено. На пустынной, не считая проезжающих автомобилей улице был дубак и ни один человек не сидел за ними. Дотопав туда, сел и поставив на холодную поверхность бумажный стакан с кофе, впился зубами в бутерброд. В этот момент вышло солнце и настроение скакануло вверх.

Со складом покончено. Я в Лондоне. До экзамена осталось две сраные недели,- хуйня война! И солнце, оно улыбается мне, наворачивающему американский бутерброд (Коти возьми мне салфеток).

Вернуться в Ригу, услышать от врачей что с горлом ничего криминального (так в принципе и оказалось) и отдохнув пару месяцев, возвращаться сюда. В Лондоне не так-то и плохо. Никакого сравнения с провинциальной жопой вроде Тетфорда или Харлоу. Только бы сдать экзамен.

Потягивая кофе, пошёл обратно к мосту.

Дошёл до колеса обозрения. К нему тянулась очередь из туристов, хотя тут в Лондоне непонятно кто есть кто, ведь город представляет из себя смешение культур и рас.

Далее, вдоль реки шёл променанд, где уличные артисты, музыканты и прочий веселящий толпу люд показывал кто во что горазд.

Пару человек изображали статуи, стоя на мини-постаментах, с лицами и одеждой закрашенной серебристой краской под цвет металла. Один из них,- лысый чувак, был с пределаным хоботом и выглядел дико отталкивающе. Я даже затрудняюсь сказать что в нём было мерзкого, но он вызвал у меня приступ невероятного отвращения.

Иногда он начинал что-то говорить намеренно тонким, писклявым голосом и в нём было что-то такое…. чуждое… инопланетное,- не знаю как описать. Вы можете подумать что у меня съехавшая крыша (что, возможно не далеко от правды) но будь я ребёнком, наверняка испугался бы его до смерти и заплакал.

Подавив приступ отвращения, прошёл дальше. На расстеленном картоне негры крутили брейк-данс. Они по очереди вступали в центр площадки показывая своё мастерство вертеться, застывать в дебильных позах и стоять на голове. Продемонстрировав на что способен, участник отходил назад, уступая место следующему, и так по кругу. Признаюсь, я не фанат брейка и подобных направлений, но сейчас смотрел, наслаждаясь. Цивилизация, люди…. Лондон…..

Затем шёл куда глаза глядят, глазея по сторонам, наслаждаясь видом кафешек и пабов, двухэтажными автобусами и людными площадями. Людей в городе была тьма. Никогда и нигде не видел столько народа. В какой-то момент остановился, глядя на толпы, спешащие по своим делам. Так много людей! Ебать! 🙂 Светлокожие, темнокожие, вообще чёрные как эбеновое дерево,- любые. Иногда проскальзывали фигурки в паранджах.

Лондон! Движуха!

Я стоял в стороне, глядя на поток людей. Как же их много, господи. Может сейчас память врёт, но по моему мало кто разговаривал и смеялся. Сосредоточенные люди торопящиеся каждый по одному ему известному делу. Вместе и одновременно по отдельности. И чувство одиночества усилилось.

Затем, двигаясь без цели лишь бы куда, зашёл в китайский квартал. Между домами висели красные фонари и флажки с иероглифами, количество азиатов увеличилось, я смотрел сквозь стёкла витрин на подвешенных за шею гусей с хрустящей, румяной корочкой.

-Такие же как и в Штатах. Помнишь?

-Заткнись!

Но поздно,- я увидел китайский магазин, свиные копчённые уши, подвешенных так-же гусей и стоящую рядом Катьку.

-Да, ты была права Катька. Катька-леопард. Я теперь пороклят. И обречён вспоминать тебя год за годом. Они будут проходить, пролетать в серой череде унылых дней и мне не останется ничего кроме воспоминаний.

Китайский квартал остался позади, я шёл и шёл куда глаза глядят, вертя головой по сторонам. Дома, магазины, проезжающие мимо автомобили,- всё говорило о том что в этом мире можно быть счастливым, надо только найти любовь и друзей. И Лондон засияет, засверкает яркими огнями.

Я не мог представить как можно быть счастливым в Тетфорде или Хаверхилле,- эти городки созданы для депрессий и скуки, но Лондон другое дело. Тут можно быть счастливым те несколько лет что остались до снятия бана. Если встретить любовь…..

Hисколько не сомневался что друзья появятся,- видит Бог я нравлюсь людям. Но вот любовь……

Домой вернулся в темноте. Выйдя из вагона услышал громкие крики. На перроне стояло несколько человек в майках какой-ко футбольной команды и одинаковых шарфах с эмблемами. Они агрессивно орали, нагло и с вызовом глядя по сторонам: До кого бы доебаться?

Так получилось что другие пассажиры покинувшие вагон не проходили мимо них, ибо вышли рядом с вокзальным зданием. Все кроме Валерки Рогозина. Он ехал в крайнем вагоне и теперь должен был идти через всю платформу, на середине которой и толпилась кучка ебанутых фанов ебанутого футбола.

Когда проходил мимо, отморозки принялись что-то выкрикивать глядя мне в глаза, какой-то девиз команды или хрен знает что. Кинув дежурную улыбку, прошёл мимо.

-Вот ты уже и становишься простым обывателем, задабривающим улыбками всякое гавно,- шепнула совесть. Но я не слушал её, мне было плевать.

Следующие дни уже не помню, ребята. Прошло много времени и мне тяжело вспоминать события.

Отбивая мясо в кухне, разговорился с мужиком из соседней комнаты. Как и предположил, он повидал и тюрьму и зону. Его история заслуживает того чтоб быть рассказанной здесь:

Будучи вторым механиком на сухогрузе, Николай имел два заработка. Один легальный, а другой не совсем. Судно курсировало у берегов Южной Америки, заходя в Эквадор, где как известно очень качественный и дешёвый белый порошок, называемый кокаином. Его перевозкой Николай и занимался, — это было основной частью его дохода.

В один злосчастный день, он привёз товар на судно, минуя контроль на проходной при въезде в порт. Начальник охраны порта лично провёз его на своём джипе.

Уже не помню нюансов, но косяк заключался в том что возвращение Николая на судно не было официально зарегистрировано. То есть была отметка о том что он покинул порт через проходную, и……. не вернулся, тем не менее оказавшись как-то на судне.

Войдя в каюту и размотав ленту к которой были примотаны к телу пять килограмм замечательнейшего порошкa, он пошёл не на проходную, сообщить о своём возвращении, а побежал к капитану на мостик, ибо начался аврал.

Бросив пакеты в шкаф, спешно покинул каюту, будучи уверенным что решит проблему в течении каких пары часов. Но проблема оказалась серьёзной, капитан в ярости, и отлучиться не получалось до самого утра.

Лишь рассвело, за ним пришли. Каким-то образом стало известно что он уже на судне, куда сразу наведалась служба охраны. Пакеты с товаром, лежащие в шкафу долго искать не пришлось.

Затем тюрьма где европейцы сходили с ума за пару лет. Тюрьма- государство в государстве. Народу немерено, всё поделено, банды в открытую носят автоматы, ножи, пистолеты. Люди без связей и денег умирают очень быстро. Не прошло и пары дней после заточения, как с автомата расстреляли парня, стоявшего прямо рядом с ним,- одного из толпы смотревшей подвешенный под потолком телевизор.

Деньги у Николая были и благодаря им он тянул. Адвокат сказал что готовится закон об амнистии (или смягчении сроков по его статье) и закидывая деньги на взятки, они оттягивали суд, который присудил бы ему громадный срок.

В один день Эквадорский спецназ вывел к стене и изрешетил из автоматов человека, заправлявшего тюрьмой. Без суда и следствия. Тот был очень уважаем, и кстати, вступался за иностранцев, не давая их глумить беспричинно. Ситуация осложнилась.

Ежедневно приходили жёны с детьми и проститутки. Они свободно передвигались по территории тюрьмы-города. Можно было купить всё: Оружие, комфорт, секс, наркотики, хорошую ресторанную еду. Всё кроме свободы, которая стоила слишком дорого.

Для того чтоб иметь представление об этом месте где ежедневно кого-то убивали в разборках заканчивавшихся зачастую перестрелками, надо посмотреть фильм с Мэлом Гибсоном «Каникулы в Мексике». Там всё очень понятно показано.

Николай отбыл там три года. Под конец денег уже не осталось, но он таки смог оттянуть суд до того момента когда новые поправки были внесены в законодательство и это спасло его от многих лет заточения.

Выйдя, работал в Эквадоре, сдружился с золотодобытчиками, сошёлся с женщиной с которой прожил какое-то время. Затем его унесло в Африку, которую изъездил вдоль и поперёк. По оконцовке решил вернуться на время в Латвию, а потом рвануть обратно в Эквадор, заниматься золотом.

При пересечении Российской границы Колю свинтили. Оказалось он в розыске. Всплыло одно древнее дельце по наркоте, благодаря одному из его бывших подельников, влетевшему в неприятности и расколовшемуся на допросе. И Коля уехал на зону, в этот раз российскую, ещё на два года.

Затем наконец вернулся в Латвию, где пробыл неделю, прежде чем рвануть в Англию на заработки. На момент нашего знакомства он пробыл тут всего месяц.

-Этого не может быть! Сначала Вася и алмазы, затем Коля с золотом… Такого не бывает! Ну не может тебе встречаться столько интересных людей,- шептал рассудок. Но говорил Коля без понтов, совсем не красочно, не так как рассказывают свои истории сказочники и лгуны. Просто тупо, устало излагал историю.

Тюрьма в Эквадоре! Африканские тёлочки с выпуклыми задницами и пухлыми губами. Океан. Джунгли. Золотые прииски. Африка….

Блядь, ну как же так?? Человек столько повидавший,- одет хуй знает как и стоит передо мной, никому не известный. Мне писали столько писем, прочитав о том как провёл вонючие десять дней в обезьяннике, а он ТРИ ГРЁБАННЫХ ГОДА выживал в Эквадорском аду и никто его не знает, и каждый молодой супервайзер может гонять пендалями на складе.

В детстве и юности казалось что человек прошедший сквозь серьёзные приключения, повидавший мир, обречён быть известным и богатым. Я не знаю почему так думал, но это было в душе.

Сейчас, набивая это на компе,- понимаю что мысль абсурдна, но тем не менее мне до сих пор страшно от этого знания: Ты можешь объехать мир, пережить массу приключений достойных Голливуда и толстенной книги, и при этом быть никому на хуй не нужным, хромым подсобником на складе.

Часть 40

На следующий день мы с Колей пошли в банк, где я помог ему решить проблемы со счётом, выступая в роли переводчика. По дороге он рассказал о своём плане.Всё просто: Золото добывают открытым и закрытым способами. Он собирался добывать открытым. Найдя жилу (а с этим, по его словам проблем не будет, ибо дружа с золотодобытчиками, знал людей которые подсказавших бы места, коих там немерено) ты нанимаешь людей, которые отбойниками будут долбить породу. Она загружается в грузовик и тот спускается вниз, отвозя на завод, где всё это дробится и происходит отделение золота.

Он сказал сколько получается в среднем с тонны породы и цифра показалась смешной, однако посчитав сколько грузовиков за день можно нагрузить, выходило то ли 50 то ли 100 000 прибыли в месяц. Ну, до вычета всех расходов как-то аренда дробильной техники и транспорта, оплата за отделение золота от породы, бензин и труд рабочих.

-Если было-бы так всё просто, то все бы ломанулись на этот Клондайк, там бы уже вся Америка была,- возражал я ему.

-Ну так там и есть тьма народа. По ночам гора светится как ёлка огоньками шахт где артели добывают руду. Там и канадцы и американцы и испанцы, кого только нет.

-Бля…. ну…. всё равно. Все бы про это знали, там было бы столпотворение.

-Ты учти, есть ещё банды, есть мафия,- люди боятся соваться туда. Но я знаю людей, меня не тронут. Надо будет платить, возможно, но это всё дело решаемое!! Люди становятся миллионерами в тех местах.

-Все?

-Нет. Многие начинают пить, играть лишаясь всего. А деньги нужно вкладывать в производство. Ремонт машин, ремонт и замена перфораторов, другие расходы.

По дороге домой он рассказал как его чуть не убили. Однажды его попросили быть в роли переводчика на переговорах о закупке русскими моряками кокаина. В процессе узнал что их кинут. Коле стало жаль ребят, которые залезли в серьёзные долги чтоб провернуть дело и рискуя жизнью сказал им что намечается кидок. Сказал чтоб они не вздумали выдать его, ибо тогда расплатой за доброту может быть жизнь.

Ребята охуели и…… не до конца поверили ему. Этих людей рекомендовали друзья, уже имевшие с ними дело, а Колю они знать не знали. По итогу моряки не купили товар и на следующий день проговорились дельцам почему. Имея связи в этих кругах, Николай узнал что дилер, сделка с которым сорвалась, «заказал» его. Однако вмешался случай и вскоре наркоторговца завалили. Естественно заказ остался не выполненным.

-Тут ты денег не заработаешь,- сказал я Коле- Надо рвать в Норвегию. Там деньги.

-А сам чего?

-Я…..хм… ну…- и я растерялся. Может в самом деле забить на всё и уехать в страну фьордов и троллей? Поработать с этим усталым, бледным мужиком годик-полтора, а затем вместе рвануть в Южную Америку? Он будет не прочь, я это чувствую. Но это значит отказаться от первоначального плана, забыть о Лондоне и английском гражданстве, забыть об утренних пробежках вдоль мрачных домов из буро-коричневого кирпича, мимо серых мусорных контейнеров ждущих появляющийся из тумана мусоровоз. Забыть о спортивном зале, о городе полном индусов, негров, арабов и европейцев.

-Коней не переправе не меняют,- услышал я в сердце голос отца, хотя вроде он никогда не говорил этого. Да и почему не меняют? Это не кони, это совсем другое, блядь!

Однако понял что никуда не поеду. Понял ещё до того, как один из моих читателей,- умный, позитивный парень из Питера, сказал когда общались по Скайпу пару дней спустя: Валера, почему тебя тянет в какие-то авантюры постоянно. Ты сам себя слышишь? Поехать с каким-то мужиком на другой конец света, вложив кучу денег, на заработок которых потратишь два года, с туманной перспективой добывать золото… Блин, ты шутишь??!! Да на эти деньги можно в Риге будет дело своё открыть, в своей стране, где твои близкие люди, а не ехать непонятно лишь потому что какой-то мужик тебе что-то пообещал.

Спустя ещё пару дней Коля списавшись с Эквадорскими друзьями, позвонил одному из них,- горному инженеру, занимающемуся разведкой золотоносных жил. Я с восторгом слушал беглую испанскую речь. Блин, он действительно был там, это не сказка.

Положив трубку Николай помрачнел. Инженер сказал что да, прямо сейчас есть обалденный вариант, жила открытого типа с нереальным количеством золота. Но… на её разработку нужен миллион, ибо находится в труднодоступном месте и….. уже не помню другие причины.

-Будут и другие варианты,- сказал Коля,- надо только туда добраться. Добраться с деньгами. Я ещё пару месяцев тут посижу и затем двину в Норвегию. Без финансов в Эквадор соваться нечего.

Дни тянулись унылой чередой. Я ходил по магазинам, купил себе спортивный костюм «Everlast» о котором не мог даже мечтать в юности. Но сейчас видел в нём лишь дешёвую одежду для туповатых районных быков. Однако всё равно купил, как дань ушедшим временам и юности, канувшей за горизонтом.

Зашёл в магазин мобильных телефонов. Продавец,- жирный уебан лет пятидесяти общался со мной как с дауном.

-Вот этот айфон с 32-мя гигабайтами памяти. 32 гига, понимаешь? 32! Это важно, если пользуешься интернетом. А ты ведь любишь сидеть в интернете, разве не так? Ведь любишь! — с презрением спросил он. Подобным образом, не скрывая отношения, общаются лишь с конченными недоумками будучи уверенными что они слишком тупы чтоб понять это.

Что тогда, что сейчас меня передёргивает от отвращения по отношению к высокомерным, надменным людям. Я считаю их плесенью, не достойной того чтобы жить. Но Господу виднее, он же создал их для чего-то. Может для того чтоб кто нибудь всадил ему в челюсть и урод лежал на спине захлёбываясь кровавыми соплами, мутным ничего не понимающим взглядом глядя вокруг, забыв кто он и что он. Респект тем кто так делает.

-Я возвращаюсь,- сказал Лысому по скайпу.

-Насовсем?

-Не думаю. Надо пройтись по врачам, сдать на права, да и отдохнуть хотелось бы. Сил больше нет Владик.

-У меня возможно будет вариант помочь тебе с работой. Сидеть на рецепшене в онлайн-казино. У знакомого своя охранная фирма, он спрашивал людей недавно.

-Было бы классно!

-Какого возвращаешься?

-Двенадцатого. Одинадцатого экзамен, на следующий день вылетаю. Так что встречайте меня, ублюдки! Можешь побрить жопу, у меня давно никого не было 🙂

— Ясен пень не было, кто же такому уроду даст кроме меня…. Мммммм, мой урод! Моя мерзкая ушастая обезьяна!!! Хочу тебя!! — и мы заржали. Пидорские приколы всегда нас смешили.

В один из дней выбрался в Лондон сново. Мы нашлись со Светой,- моей одноклассницей. Я помнил её как боевую девчoнку-пацанку, резкую, смелую, бросающуюся в бой с парнями в средних классах, если обида того стоила.

Шатаясь по Лондонскому вокзалу, услышал за спиной голос: Привет!

Обернулся. Светка. Время, оно не пощадило её. Лицо желтоватого, нездорового оттенка, тёмные круги под глазами и нелюбимая мной стрижка каре. Мы обнялись, я начал что-то растерянно лепетать о том что, мол снимаю видео для журнала, о том что погода не очень и прочую лабуду. Признаюсь растерялся сам не знаю почему. Мы не общались много лет и я боялся тишины и неловких пауз в разговоре.

-Валерка, зачем ты так много ругаешься матом? Чтоб казаться крутым? Но ты и так крутой,- сказала Света пару минут спустя. Мне стало стыдно. Не из за мата, а из-за того что она поняла мою растерянность. И мат, я действительно перегнул с ним, вставляя «ебать» «блядь» «пиздец» и прочую поеботу в каждом предложении. Мне действительно хотелось спрятать неловкость за грубыми словами, которыми я славился в девятом классе. Впрочем тогда многие из нас не чурались их, подчёркивая таким образом свою свободу и независимость от общественных догм. Но то что простительно тринадцатилетнему подростку, может оказаться совсем непозволительным 36-ти летнему мужику, не так ли?

Прошло десять минут и неловкость ушла. Светка сильно изменилась за эти годы. Получив высшее образование в Питере, разойдясь со своим парнем, уехала в Англию и работала тут в охране, собирая деньги на учёбу в институте микробиологии в Москве. Я безошибочно увидел в ней белую ворону,- подобную Васе и, наверное, себе самому. Увлекаясь книгами по духовной практике, фотографией, природой,- Светка тем не менее была одинокой и глядя на её высокую фигуру я почувствовал жалость.

Бедная девка! Ей бы детей. Да любовь. Ведь хорошая же девчонка!

‘Мы гуляли по городу, который нравился мне всё больше и больше, говорили о энергетике, фотографии, природе, путешествиях и многом другом чего уже не помню. Послушали уличного музыканта, перешли мост где я столкнулся с клоуном в прошлый раз (злые глаза и яркие краски лица), затем засели в уютной кафеюшке.

Автор — Валера «carapun»

Ответить

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *